1977 гoд. Oдин нa фoтo пpecтупник, a дpугoй нeвинoвный, пpигoвopённый к выcшeй мepe. Paзбepётcя ли cлeдcтвиe?

 


1977 гoд. Oдин нa фoтo пpecтупник, a дpугoй нeвинoвный, пpигoвopённый к выcшeй мepe. Paзбepётcя ли cлeдcтвиe?

Будет справедливым отметить, что советские правоохранительные органы весьма тщательно расследовали преступления, порой проявляя чудеса сыска. И это во времена, когда не было ДНК-тестов, камер наблюдения, компьютеров и всего прочего, что значительно облегчает работу современным сыщикам. Но бывали и проколы, когда судили невиновных. И сегодня рассказ об одном таком уголовном деле. Токсово, Ленобласть, декабрь 1975 года. По дороге из школы пропала первоклашка Аня Васнецова. Обеспокоенные родители обратились в милицию. Это дело было поручено дотошному и принципиальному следователю Виктору Иванову. Он лично обходил ближайшие дома, разговаривал с людьми, по колено в снегу осматривал местность и пробирался в заброшенные строения. Ему удалось разыскать пару очевидцев, которые примерно в подходящее время видели мужчину на той дорожке, по которой должна была идти Аня. Описать его внешность они не смогли, запомнили лишь, что он был высок ростом и на нём была белая кроличья шапка. Увы, больше никаких улик и зацепок не было, и следствие зашло в тупик.

Спустя два месяца произошло новое преступление. В Тосненском районе было обнаружено тело женщины. Личность быстро установили, это оказалась 52-летняя Елена Горина, работница коммунальной службы, расчищавшая снег на автобусных остановках. Неизвестный отобрал у неё лопату и использовал её как орудие преступления. Кроме этого, негодяй надругался над женщиной. Свидетелей вновь не оказалось, но несколько человек видели поблизости высокого мужчину в белой шапке. Прибывший на место происшествия следователь Иванов не сомневался, что к исчезновению Ани Васнецовой и к гибели Гориной был причастен один человек. Но никаких зацепок опять не было, и следствие буксовало. Спустя некоторое время мальчишки, игравшие неподалёку от воинской части, расположенной в Токсово, нашли ранец и разбросанные тетрадки со следами крови. На тетрадях значилось имя — Аня Васнецова. Приехавшая следственно-оперативная группа прочесала местность и обнаружила неподалёку её тело…

Вскоре произошло ещё одно преступление, но теперь уже во Всеволожском районе. Было найдено тело молодой женщины — Тамары Задорновой. Теперь неизвестный преступник орудием преступления выбрал нож. Уже не оставалось сомнений — в Ленобласти действует душегуб. Осторожный, расчётливый и не оставляющий улик. Летом 1976 года было совершено ещё одно преступление, теперь в Выборгском районе. Неизвестный расправился со студенткой 2-го курса института Юлией Коневой. Вроде бы преступник тот же, но в его почерке появилось новшество — он похитил часы и ювелирные украшения Коневой. Раньше он этого не делал. И у следователя Иванова возникла дилемма: это действительно что-то новое в почерке того же душегуба или появился ещё один преступник?! На месте преступления была найдена блёстка с театрального костюма. Наконец-то улика! При обходе ближайших домов несколько женщин пожаловались милиционерам на мужчину, который приставал к ним в тот день. И происходило это неподалёку от того места, где была найдена Юлия Конева. Благодаря описанию внешности вскоре был задержан местный житель Михаил Соломин.

Блёстка, найденная на месте преступления.

Женщины, к которым приставал Соломин, опознали его на очной ставке. Сам он отчаянно отрицал вину в гибели Коневой и объяснял своё присутствие на месте преступления тем, что у него сломался мотоцикл. Вот только он не смог внятно объяснить назойливые приставания к случайным гражданкам. Уверял, что просто выпил. При обыске у него дома был найден обрез ружья. Данное оружие не применялось в преступлениях, но само по себе его наличие говорило о возможных недобрых намерениях задержанного. Ко всему прочему, частицы волокон на его одежде совпали с материалом юбки погибшей Юлии Коневой. Узнав об этом, Соломин начал осторожно интересоваться, что ему будет за признание в преступлении? На допросах на него давили, и он всё-таки признался. Но только в эпизоде с Юлией Коневой. На суде он повторил свои показания и явно рассчитывал на снисхождение, но приговор оказался суров – высшая мера наказания. Соломин был потрясён, подал апелляцию о помиловании, но от признания в преступлении не отказался. А вот следователь Иванов сомневался в его виновности и пытался донести это на суде, но его не послушали.

Михаил Соломин.

Пока Соломин обречённо ждал исполнения приговора, наступила зима. И принесла с собой новое преступление. Вновь Тосненский район. Восьмиклассница Лена Маркова возвращалась домой из школы, когда на неё напал неизвестный и потащил в кусты. В руке у него сверкнул нож, но Лена смогла вырваться и помчалась по полю в сторону домов. Преступник бросился за ней. Здоровый и рослый, он неумолимо догонял её. И тут вдалеке показались рабочие. Лена закричала, привлекая их внимание, они остановились. Лена из последних сил бежала в их сторону, а преступник резко остановился, замер на мгновение и, развернувшись, кинулся прочь. Рабочие, пожав плечами, пошли дальше по своим делам, а школьница добралась до дома и рассказала о случившемся матери. Звонок в милицию, и удача — патрульная машина была поблизости и незамедлительно подоспела на место происшествия. Один из милиционеров пошёл по следам преступника, которые прекрасно отпечатались на нетронутом снеге. Выйдя на дорогу с другой стороны поля, милиционер увидел, как вдалеке остановился грузовик и в него садится мужчина в белой шапке. Грузовик тронулся с места, а милиционер по рации сообщил напарнику, где находится, и попросил быстрее подъехать.

Через минуту милицейский УАЗик устремился в погоню. Патрульные связались с ГАИ, дали описание грузовика и попросили перекрыть дороги. Вскоре грузовик был задержан инспекторами ГАИ. Тут же к ним подъехал УАЗ, из него выскочили милиционеры, бросились к грузовику, дёрнули дверь и буквально стащили с пассажирского сиденья преступника. Взяли! Негодяй был без белой шапки, он попытался спрятать её в сумке. Там же нашли и нож… Задержанным оказался Александр Шепелев, рабочий судостроительного завода. Между прочим, женатый, да ещё и отец двоих детей. На его рабочем месте в шкафчике был обнаружен самодельный ремень, украшенный блёстками. И следователь Иванов быстро смекнул: вот откуда та блёстка, что нашли на месте преступления возле Юлии Коневой! Там же были найдены и часы, принадлежавшие Юлии. Сомнений не оставалось. Шепелев под давлением улик почти сразу заговорил и признался во всех вышеописанных преступлениях, рассказал все подробности, включая нападение на Юлию Коневу. Преступление, за которое дали «вышку» Михаилу Соломину! Складывалась очень неприятная ситуация…

Обнаруженный нож.

Александр Шепелев.

Хорошо ещё, что приговор не успели привести в исполнение. Когда Михаилу Соломину сообщили об отмене приговора, он заплакал, вытирая слёзы трясущимися руками. Худой, осунувшийся и отчаявшийся, он уже мысленно попрощался с жизнью. А тут счастливое избавление и жизнь! Впрочем, его не выпустили сразу на свободу — всё-таки дали два года тюрьмы за хранение обреза. Признать полный провал было слишком уж досадно… Тогда же пересмотрели и улики, и волокна ткани от юбки, найденные на одежде Соломина, посчитали частичками не с юбки Юлии Коневой, а с одежды одной из женщин, к которым он тогда приставал по пьяни. Тканей в Союзе было не так уж много, вот и случилось так, что попалась идентичная… А Александра Шепелева приговорили к высшей мере наказания, и на этот раз уже не ошиблись.

«Ну кaк мoжнo paбoтaть, кoгдa пepeд тoбoй бoгиня?»: кaк Cepгeй Гaзapoв вocпитaл дeтeй oт Иpины Мeтлицкoй, paбoтaл в тaкcи и oбpeл cчacтьe

 


«Ну кaк мoжнo paбoтaть, кoгдa пepeд тoбoй бoгиня?»: кaк Cepгeй Гaзapoв вocпитaл дeтeй oт Иpины Мeтлицкoй, paбoтaл в тaкcи и oбpeл cчacтьe

— Нам нечего было есть, — вспоминал он те годы. — Ни копейки в кармане, а на руках двое несовершеннолетних детей. Вот в такие моменты отчаяния мозг начинает думать, а тело — действовать.


Он стоял на кухне в съёмной квартире, глядя на почти пустой холодильник. Двое сыновей, Никита и Пётр, спали в соседней комнате. В голове стучало: «Кормить нечем. Завтра в школу — не в чем». Всё, что у него было, — это «Москвич» 1986 года выпуска и водительские права. Так в конце 1990-х 45-летний Сергей Газаров, выпускник курса Олега Табакова, актёр «Современника», стал таксистом.

Всего несколько лет назад он был счастлив. У него была любимая работа, признание и она — Ирина Метлицкая, женщина, в которую он был влюблён с первого взгляда и которую боготворил до последнего её дня. А потом его мир рухнул дважды: сначала забрала страшная болезнь, затем — беспросветная нищета. Его история — о том, как любовь и долг могут заставить человека выжить, когда, кажется, жить уже незачем.

Несовместимое притяжение: акцент, который рассмешил всех, кроме Табакова

В середине 1970-х в Москву из Нагорного Карабаха приехал провинциальный паренёк с густым армянским акцентом. На вступительных экзаменах в театральный он читал отрывок из гоголевского «Носа», стараясь изо всех сил. В аудитории сидели маститые педагоги, и они… смеялись. Смеялись над его выговором, над его горящими глазами, над его наивной верой в то, что его примут.


Не смеялся только один человек — Олег Табаков. Он разглядел за акцентом невероятную энергию, темперамент и тот самый «нерв», который и делает актёра. Табаков взял его на свой курс.

Для Сергея это было спасением и билетом в новую жизнь. После окончания учёбы его, уже многообещающего артиста, приняли в легендарный «Современник». Он горел работой, пропадал на репетициях, мечтал о больших ролях. Казалось, всё идёт по плану.


Пока в театр не пришла студентка четвёртого курса — Ирина Метлицкая.

— Ну разве можно нормально работать, когда перед тобой стоит богиня? — вспоминал Газаров. — Я только о ней и думал. Текст напрочь забывал и даже импровизировать не мог, потому что терял дар речи.

Он, грубоватый, эмоциональный, гиперактивный «южанин», и она — утончённая, высокая, сдержанная красавица из интеллигентной московской семьи. Коллеги лишь пожимали плечами: что она в нём нашла? У Ирины уже была слава, снималась в кино, у неё было будущее. У Сергея — ничего: ни денег, ни своей квартиры, ни громких ролей.


Но Ирина отвечала на эти вопросы просто и мудро:

— Серёжа — человек с большим сердцем. Рядом с ним я чувствую себя в безопасности. Я знаю, что я для него важна.

Идиллия, построенная на драниках: «Он боготворил её»

Их брак стал для многих неожиданностью, но внутри этой семьи царила гармония, которую строил Сергей. Он обожал свою жену. Каждый день, даже после изматывающих съёмок или спектаклей, он готовил для неё.

Он не считал зазорным взять на себя все бытовые хлопоты, чтобы Ирина могла отдохнуть. Говорил, что уборка — это медитация.


— Он буквально боготворил её, — отмечали друзья семьи.

В 1986 году родился их первый сын, Никита. В 1990-м — второй, Пётр. Сергей, настоящий отец-армянин, души не чаял в мальчишках. Он назвал свою частную киностудию «Никита и Пётр», вкладывая в это дело не только деньги, но и мечты о будущем, которое он построит для своей семьи.


Казалось, так будет всегда. Они пережили сложные позднесоветские годы, вместе входили в новую, странную эпоху 90-х. Но настоящая беда пришла оттуда, откуда не ждали.

1994 год: «Мы потратили всё, но травы её добили»

В 1994 году Ирине Метлицкой поставили страшный диагноз — лейкемия. Для Сергея это был удар молнии. Он не мог и не хотел в это верить.

Он боролся как лев. Выложил все их сбережения, которых и так было немного. Занял огромные деньги, чтобы отвезти жену в лучшую зарубежную клинику. Он метался между Москвой, больницей, работой и детьми. Надежда таяла с каждым днём.

В отчаянии, когда официальная медицина разводила руками, они, как многие в той ситуации, обратились к «народным» методам. Какая-то знахарка посоветовала Ирине строгую диету на травах.


— Мы слушали всех, хватались за любую соломинку, — с горечью говорил позже Газаров. — Эти травы… Они её добили. Организм, и так ослабленный болезнью, не выдержал.

Ирины не стало. Сергей остался один с двумя сыновьями-подростками, с горой долгов за лечение и с пустотой внутри, которую ничем нельзя было заполнить.

Грузчик, таксист, должник: «Я знаю, что такое физический труд»

Скорбь — это роскошь, которую он не мог себе позволить. Нужно было жить. Кормить детей. Отдавать долги. А работы не было.

90-е годы били по всем, но по актёрам театра — особенно. Кино почти не снимали, театры едва сводили концы с концами. Газаров ходил на пробы, но его типаж — колоритный, с характерным лицом — был не в моде. Предложений не было.

И тогда он пошёл на то, на что редко решаются артисты его уровня. Настоящая мужская работа.

— Где я только не работал: и на стройке, и грузчиком. Что такое физический труд, знаю не понаслышке, — без тени стыда рассказывал он.


Но этого не хватало. И он сел за руль. Полтора года Сергей Газаров был таксистом. Возил людей по ночной Москве, слушал их разговоры, прятал лицо в тени, чтобы не быть узнанным. Денег всё равно катастрофически не хватало. Он продолжал платить аренду за помещение своей неработающей киностудии «Никита и Пётр» — это была последняя ниточка, связывающая его с прежней жизнью, с мечтами.

Тогда он пошёл на огромный риск. Занял ещё денег, на этот раз у сомнительных людей. На эти средства он превратил студию в маленький ресторан. Первое время он был в нём всем: поваром, официантом, уборщиком, бухгалтером и хозяином. Вставал в пять утра, ложился за полночь. Бизнес понемногу пошёл в гору. Долги стали потихоньку возвращаться. Жизнь, казалось, начинала налаживаться.


И именно там, в его собственном ресторане, судьба приготовила ему новый, неожиданный сюрприз.

«Увидел её и понял — это моё!»: журналистка, которая стала спасением

Однажды ему позвонил брат, волнуясь:

— Сережа, беги в ресторан! Тут такая девушка пришла, журналистка, тебя ищет! Красавица!

Сергей отмахнулся, уставший. Но брат настоял. Он приехал и… обомлел.

— Не знаю, как назвать то, что я почувствовал, — вспоминал он первую встречу с Еленой. — Это, наверное, магия любви. Вот увидел человека и сразу понял — это моё!

Елена была моложе его на 18 лет. Умная, красивая, живая. Она пришла взять у него интервью для статьи о ресторане, а ушла, чтобы потом вернуться в его жизнь навсегда. С ней он смог снова начать дышать. Она не пыталась заменить Ирину — это было бы невозможно. Она стала новой главой в его книге жизни.


Они сыграли скромную свадьбу. А в 2018 году Газаров, уже седовласый и умудрённый опытом, с гордостью представил публике на передаче «Привет, Андрей!» своего третьего сына — маленького Стёпу, рождённого в этом позднем, но таком счастливом браке.

Сыновья: Никита, Пётр и тихий американский быт

Его старшие сыновья, ради которых он когда-то вкалывал на стройке, выросли. Они стали его главной победой.

Никита остался в России, часто видится с отцом. А вот Пётр выбрал другую жизнь. Он уехал в Соединённые Штаты, обосновался там, создал свою семью. Сергей видит его редко — океан и визы делают встречи событием. Но он спокоен. Он знает, что дал им главное — урок стойкости и умения любить. Они выросли, глядя на отца, который не сломался.


Сам Сергей Газаров сегодня — востребованный актёр. После мытарств он вернулся в профессию с новым опытом и новой силой. Он возглавлял театр Армена Джигарханяна, работал в Театре сатиры. Только в 2025 году на экраны вышло семь фильмов с его участием.

Свободное время, которого по-прежнему немного, он проводит с молодой женой и маленьким Стёпой. Иногда он смотрит старые фотографии, где он — молодой, влюблённый, а рядом — его богиня, Ирина. Он не забыл. Он просто научился жить с этой памятью, носить её в себе тихо и светло, как носят шрамы, напоминающие не о боли, а о том, что ты выжил.


Его история — не сказка о внезапном богатстве или головокружительной карьере. Это история о долге. О долге мужчины перед любимой женщиной, которую не смог уберечь. О долге отца перед детьми, которых нельзя оставить. О долге человека перед самим собой — не сдаться, даже когда не осталось сил. Сергей Газаров этот долг исполнил сполна. И, кажется, сама судьба, в конце концов, сказала ему за это спасибо.

Cын гeнepaлa-гepoя oкaзaлcя caмым cтpaшным мaньякoм CCCP. Иcтopия «Oхoтникa зa млaдeнцaми»

 

Анатолий Бирюков. Фото: НТВ / Wikimedia

Cын гeнepaлa-гepoя oкaзaлcя caмым cтpaшным мaньякoм CCCP. Иcтopия «Oхoтникa зa млaдeнцaми»

Москва, осень 1977 года. Город жил своей обычной жизнью, не подозревая, что в его спокойных дворах и у поликлиник орудует один из самых чудовищных преступников в истории советской криминалистики. Его жертвами становились самые беззащитные — младенцы, оставленные матерями буквально на минуту.

История Анатолия Бирюкова, которого прозвали «Охотником за младенцами», — это не только рассказ о жутких преступлениях, но и трагедия семьи, которую разрушила страшная тайна. Ведь этим маньяком оказался сын генерала, Героя Советского Союза.

Анатолий Бирюков родился в 1939 году в подмосковном Чехове в семье героя войны, генерал-лейтенанта Николая Бирюкова. В таком окружении мальчик должен был вырасти образцовым советским гражданином, но всё пошло не так. В восемь лет, увлекшись отцовскими военными трофеями, он решил распилить патрон ножовкой, чтобы достать порох для самодельных «бомбочек». Попытка обернулась трагедией: из-за неосторожного обращения с патроном он получил травму, оставившую на его лице шрамы на всю жизнь.

После этого случая Бирюков стал объектом насмешек сверстников, замкнулся в себе и начал избегать людей. Несмотря на это, его жизнь казалась абсолютно нормальной: он выучился на слесаря, его ценили на работе за ответственность, женился и завёл двух дочерей. Однако за этим фасадом благополучия скрывалась опасная патология.

Первые тревожные сигналы прозвучали ещё в начале 70-х. Дважды, в 1971 и 1972 годах, Бирюков пытался похитить коляски с младенцами. В первый раз, будучи пойманным, он сумел убедить милицию, что просто «неудачно пошутил», пытаясь проучить нерадивую мать. Во второй раз дело дошло до суда, но он отделался лишь условным сроком за кражу коляски, заявив, что ребёнка в ней просто не заметил. Никто не разглядел в этих поступках зловещей закономерности, и система упустила шанс остановить будущего монстра. Эти инциденты, впрочем, разрушили его семью — жена, не в силах мириться с его странностями, подала на развод.

Фото: Василий Егоров, Алексей Стужин / ТАСС

После нескольких лет затишья, осенью 1977 года, Бирюков начал свою ужасающую серию. Первое преступление произошло на улице Маршала Бирюзова. Испугавшись шума в подъезде, Бирюков совершил непоправимое — жизнь трёхмесячной девочки трагически оборвалась. После этого последовала целая серия похищений: он забрал младенца у входа в «Детский мир» на проспекте Мира, вырвал ребёнка из рук пожилой женщины. Всего за один месяц его действия привели к гибели пятерых младенцев в Москве.

Глава МВД СССР Николай Щёлоков приказал засекретить всю информацию, чтобы не будоражить общественность. Это решение оказалось роковым: не зная о смертельной опасности, матери по всей Москве продолжали оставлять детей без присмотра. Следователи же сбились с ног, проверяя «обычных подозреваемых» — людей с психическими отклонениями и судимостями. Тихий слесарь Бирюков, чьи предыдущие проступки сочли мелкими, в их списки не попал.

Анатолий Бирюков. Кадр: телепередача «Без срока давности»

Почувствовав, что кольцо в Москве сжимается, Бирюков переместился в родной Чехов. Там он совершил ещё два преступления, но 21 октября самонадеянность его подвела. При попытке похитить ребёнка из коляски у магазина его заметила мать младенца. Она подняла крик. За Бирюковым бросились в погоню прохожие. Убегая, он бросил ребёнка (тот, к счастью, не пострадал) и впопыхах потерял кепку. Свидетели наконец-то смогли хорошо рассмотреть его лицо со шрамами. Этот момент стал переломным в расследовании.

Составленный фоторобот быстро привёл оперативников на предприятие, где работал Бирюков. Его коллеги были в шоке, опознав в жестоком преступнике своего тихого и трудолюбивого товарища. Бирюкова задержали дома. Он не сопротивлялся и на допросах спокойно, без тени раскаяния, рассказывал о своих преступлениях, видимо, будучи уверенным в том, что влиятельный отец его спасёт. Но он просчитался. Генерал Николай Бирюков, сначала нанявший сыну лучшего адвоката в стране, после ознакомления с материалами дела публично отрёкся от него. Герой войны не смог пережить этого позора и умер через два года после сына.

Николай Бирюков. Фото: Минобороны СССР / Wikimedia

Суд был быстрым. Психиатрическая экспертиза признала Анатолия Бирюкова вменяемым, отметив при этом наличие у него серьёзных психологических отклонений. В феврале 1979 года приговор привели в исполнение. Дело «Охотника за младенцами» вскрыло серьёзные проблемы в работе советской милиции и заставило по-новому взглянуть на вопросы детской безопасности.

Кaк oн oбмaнывaл КГБ 7 лeт? Гeниaльнaя cхeмa шпиoнa, кoтopый paбoтaл пoд нocoм у кoнтppaзвeдки

 

Фото: theatlantic.com

Кaк oн oбмaнывaл КГБ 7 лeт? Гeниaльнaя cхeмa шпиoнa, кoтopый paбoтaл пoд нocoм у кoнтppaзвeдки

Москва. 1977 год. Советская контрразведка получила тревожные известия. На вооружении сирийской армии стояли новейшие истребители МиГ-23, но в воздушных боях над Ливаном они с удивительной лёгкостью сбивались израильскими F-15 и F-16. Аналитики не могли понять причину. Оказалось, американцам была известна система наведения советских самолётов. Это означало лишь одно: в оборонной промышленности СССР появился предатель.

Им оказался Адольф Толкачёв, ведущий конструктор секретного НИИ «Фазотрон». За семь лет сотрудничества с ЦРУ он передал американцам десятки уникальных разработок. Толкачёв нанёс своей стране колоссальный ущерб, который исчислялся десятками миллиардов долларов. А ведь его путь к предательству начался… с имени.

Адольф Толкачёв родился в 1927 году в казахском городе Актюбинске. Необычное для Советского Союза имя мальчику дал его отец, любивший немецкий романтизм. В годы Великой Отечественной войны из-за своего имени Адольфу пришлось несладко. Его дразнили, били, однажды даже сломали нос.

Эти унижения, по мнению экспертов, стали одной из причин, по которой он возненавидел советскую власть. Когда Адольф вырос, он стал успешным инженером. Работал в секретном НИИ «Фазотрон», где разрабатывал радиолокационное оборудование для истребителей-перехватчиков. У него была хорошая зарплата, квартира в центре Москвы, машина «Жигули» и дача.

Но его жена Наталья постоянно внушала ему мысль, что он достоин большего. «Он такой умный, а пишет диссертации другим! На Западе ему цены бы не было», — говорила она. И это стало вторым толчком.

Толкачев [третий слева] с коллегами. Источник: Pinterest

Первый контакт с американцами Толкачёв попытался наладить в 1977 году. Он подкараулил автомобиль из посольства США и бросил в него записку с предложением о сотрудничестве. Но американцы решили, что это провокация, и проигнорировали его.

Однако Толкачёв не сдавался. Он буквально забросал посольство письмами, в которых рассказывал о своей работе, о своей любви к Америке и о своей ненависти к советской власти. Он даже рискнул в одном из писем передать секретные документы. Своей настойчивостью Толкачёв заинтересовал ЦРУ.

В феврале 1978 года в квартире Толкачёва раздался долгожданный звонок. Ему позвонил Джон И. Гилшер, офицер ЦРУ, который был назначен его куратором. Толкачёву был присвоен псевдоним «Сфера». За первый гонорар в 500 рублей он передал американцам сведения о состоянии конструкторских работ по системам вооружений для военных самолётов. Американцы сразу поняли, какая удача им улыбнулась.

Фото: ren.tv

По роду службы Толкачёв имел доступ практически ко всем секретным и сверхсекретным документам «Фазотрона». Чтобы он мог снимать копии с документов, американцы снабдили его новейшими разработками ЦРУ: авторучкой-фотокамерой и камерой-брелоком. Он делал снимки в укромных местах, а если удавалось принести документы домой, использовал профессиональный фотоаппарат, закреплённый на спинке стула.

За свою работу Толкачёв получал огромные деньги. Его оклад был сравним с окладом американского президента. На его имя открыли счёт в США, куда за годы сотрудничества было переведено почти два миллиона долларов. Кроме того, ему передали 790 тысяч в рублях, а также золото и драгоценности. Но Толкачёв не мог тратить заработанное, боясь привлечь к себе внимание. Деньги он прятал на антресоли и на даче в обычной стеклянной банке.

В первой половине 80-х годов советская контрразведка получила информацию о том, что в СССР действует «крот». Характер рассекреченной информации указывал на то, что шпион работает в одном из НИИ, связанных с авиацией. В 1984 году в 11 научно-исследовательских организациях Москвы начались проверки.

Удостоверение личности, созданное ЦРУ в попытке скопировать пропуск Адольфа Толкачева, чтобы облегчить вынос секретных документов из его советского военного института. (Из книги Дэвида Э. Хоффмана «Шпион на миллиард долларов»)

КГБ воспользовалось отъездом семьи Толкачёвых на дачу и провело тайный обыск в его квартире. Были найдены тайники с шифрами, средствами тайнописи, микрофотоаппаратами и плёнками. Но сразу задерживать «крота» не стали, а решили использовать его в своей игре.

Чекисты стали подбрасывать в библиотеку «Фазотрона» документы с дезинформацией, которую ничего не заподозривший Толкачёв продолжал поставлять своему куратору из ЦРУ.

Адольф Толкачёв был арестован 9 июня 1985 года. Операция была проведена максимально быстро и скрытно. Когда он возвращался с дачи, сотрудники спецназа «Альфа» инсценировали на трассе ДТП. У него в кармане нашли ампулу с ядом, которую он должен был использовать в случае задержания.

Толкачёв рассчитывал, что ему сохранят жизнь. Он начал сотрудничать со следствием, подробно рассказывая о своей деятельности.

Толкачев на суде. Источник: Pinterest

Несмотря на раскаяние, Толкачёву вынесли самый суровый приговор — расстрел. Приговор был приведён в исполнение 24 сентября 1986 года.

Спустя десятилетия после дела Толкачева проблема конфиденциальности стала гораздо ближе и коснулась каждого. Если раньше утечки данных были уделом спецслужб и шпионов, то теперь они могут произойти из-за обычного обновления в вашем компьютере. К примеру, стало известно, что Microsoft поменял стандартное поведение Word, чтобы тот автоматически сохранял все новые документы прямо в облако ещё до того, как пользователь даст им имя. Это исключает этап ручного сохранения, но повышает риски потери конфиденциальности и утечки данных. При утечке учётных данных злоумышленник получит доступ ко всем вашим документам.

Эксперты уже выразили серьёзные опасения по этому поводу. «В отличие от открытых площадок, где данные не имеют конфиденциальности, здесь речь идёт о деловой, юридической и государственной документации. Это не просто тексты для нейросетей, а реальные данные, утечка которых может иметь катастрофические последствия», — считает эксперт РОЦИТ Алексей Трифонов. Есть также опасения, что эти данные могут использоваться для обучения ИИ. «Сам факт того, что Microsoft одновременно заявляет о планах в сфере искусственного интеллекта и меняет схему сохранения документов, должен насторожить. Мы не можем быть уверены, что отключение облака действительно означает полное сохранение файлов только локально», — говорит Георгий Волков, член комиссии по поддержке IT-индустрии Общественного совета при Минцифры России.

Адольф Толкачёв — человек, нанёсший колоссальный ущерб своей стране. Он был блестящим инженером, который выбрал путь предателя. Заработанные миллионы так и не принесли ему счастья, ведь он не мог ими воспользоваться. Его судьба — жестокий урок о том, как алчность и обида могут привести к полному краху, когда человек, получивший всё, теряет главное — свою жизнь и достоинство.

Кaк пиpoжки дoвeли дo paccтpeлa: угoлoвнoe дeлo 1962 гoдa

 


Кaк пиpoжки дoвeли дo paccтpeлa: угoлoвнoe дeлo 1962 гoдa

Сегодня хочу рассказать вам историю, которая поначалу звучит почти абсурдно: пирожки с картошкой, вокзальные буфеты и смертный приговор. Это реальное дело, рассмотренное советским судом в начале 1960-х.

В конце 1950-х годов в СССР начали внедрять новое оборудование — автоматы для массовой выпечки пирожков. Машины были удобные, производительные и позволяли экономить масло. Экономия выходила небольшой — примерно полтора грамма на каждый пирожок. Но на вокзале в Свердловске ежедневно выпекались десятки тысяч изделий, и в год получалась цифра, которая поражала даже проверяющих: больше пятнадцати тонн масла. Для системы общественного питания это были серьёзные показатели, но для отдельных людей — ещё и соблазн.


Руководители вокзальных ресторанов понимали, что можно поступить по-разному. Первый вариант — сообщить наверх об экономии, получить благодарность, возможно премию. Второй — продолжать списывать продукты по старым нормам, а разницу использовать в личных целях. История пошла именно по второму пути.

Сначала повара и их начальники просто забирали лишнее масло домой. Но быстро стало ясно: объёмы слишком большие, хранить продукт проблематично, сбывать оптом рискованно. Тогда родилась другая идея. Из «сэкономленного» масла, муки и начинки начали лепить дополнительные партии пирожков. Их продавали прямо там же — в буфетах и через уличных торговок, но деньги шли мимо кассы.


Схема работала около полутора лет. Участвовали в ней директора, их заместители, повара, буфетчицы. Каждый получал свою долю. Вырученные суммы оказались внушительными: кто-то покупал дачу, кто-то — автомобиль, дорогую мебель или редкие вещи. Часть денег и вовсе хранили «по-старинке» — в банках, закопанных в землю. Всё это вскрылось позже, во время следствия.

Почему же власти заинтересовались именно Свердловском? В других регионах стали отмечать: новые печи дают заметную экономию масла. Отчётность это подтверждала. А вот в Свердловске никаких изменений не было, цифры выглядели чересчур стабильными. Это вызвало вопросы. В начале 1962 года туда направили ревизоров. И тогда вся конструкция обрушилась.

Аресты пошли один за другим. Кто-то пытался уничтожить улики — жгли документы, сливали масло в канализацию, выбрасывали деньги, надеясь скрыть следы. Но это уже не помогало. Следствие установило, что схема работала с ведома руководителей.

На тот момент уголовный кодекс предусматривал за такие преступления до пятнадцати лет лишения свободы с конфискацией имущества. Казалось бы, наказание серьёзное, но не смертельное. Однако летом 1962 года в кодекс внесли дополнение — знаменитую статью 93-1. Она предусматривала смертную казнь за хищения госсобственности в особо крупных размерах, если ущерб превышал десять тысяч рублей.

И вот тут случилось то, что потом обсуждали многие юристы. Преступления начали расследовать до появления новой статьи, но суд в феврале 1963 года применил именно её. В результате двое руководителей получили расстрельные приговоры. Остальные участники были осуждены на разные сроки — от трёх до пятнадцати лет. Женщины-заместительницы отделались десятилетними сроками, но и это было немало.


В 1961 году Рокотов, Файбишенко и Яковлев сначала получили восемь лет лишения свободы. Но после критики со стороны руководства наказание ужесточили, а затем был принят закон, позволяющий применять высшую меру. В итоге троих расстреляли, несмотря на то, что их преступления совершались до принятия нового закона.

История с пирожками стала ещё одним подобным примером. Государство давало понять: любые попытки нажиться за счёт социалистической собственности будут караться максимально строго. И неважно, речь идёт о валютных операциях или о «левых» пирожках с картошкой.


Сегодня эта история кажется странной и даже парадоксальной. Но в начале 1960-х она выглядела иначе. Страна боролась с расхищением имущества, а применение жёстких мер считалось способом дисциплинировать систему.

В итоге «пирожковое дело» вошло в историю как пример того, как новые технологии и банальное желание заработать породили крупную схему, которая закончилась трагически для её участников.

Тpaгичecкaя cудьбa Peгины Збapcкoй: чтo нa caмoм дeлe пoгубилo «coвeтcкую Coфи Лopeн»

 

Регина Збарская. Фото: РИА Новости / Абрам Штеренберг

Тpaгичecкaя cудьбa Peгины Збapcкoй: чтo нa caмoм дeлe пoгубилo «coвeтcкую Coфи Лopeн»

Париж. Начало 1960-х. На подиуме делегация из СССР. Среди манекенщиц есть одна, которая движется и смотрит иначе: в её глазах аристократическая тоска, в походке — европейский шик. Пьер Карден и Кристиан Диор аплодируют ей стоя. Французская пресса взорвётся заголовками: «Самое красивое оружие Кремля». Её звали Регина Збарская.

Принято считать, что за Железным занавесом не было ни моды, ни звёзд подиума. История этой женщины доказывает, что это не так. Мода была. Но цена за право быть её королевой оказалась непомерно высокой.

Жизнь Збарской — сплошная загадка, миф, который она сама старательно создавала. Даже место и дата рождения (официально — 27 сентября 1935 года) вызывают споры. По одной из легенд, которую манекенщица рассказывала в начале карьеры, она — дочь цирковых артистов из Ленинграда, трагически разбившихся под куполом. Оставшись сиротой, девочка якобы выросла в детдоме. Красивая, но выдуманная история.

Более приземлённая версия, подтверждённая позже её сводным братом, гласит, что Регина Колесникова (её девичья фамилия) родилась в Вологде. Отец — отставной офицер, мать — врач. Обычная советская семья, от которой она, видимо, отчаянно хотела сбежать, придумывая себе более романтическую биографию. Имя, которое ей дали, с латыни переводится как «царица». И Регина с юности решила, что будет соответствовать ему.

Регина Збарская в шубе / Фото: 24smi.org

Окончив школу почти на одни пятёрки, в 1953 году 17-летняя Регина приехала покорять Москву. Она поступила во ВГИК, но не на актёрский, а на экономический факультет. Учёба была лишь прикрытием. Всё её время уходило на походы по «Мосфильму», светские вечеринки и полезные знакомства. На одном из таких мероприятий её, эффектную брюнетку с «западным» лицом, заметила художник-модельер Вера Аралова. Это приглашение стало билетом в другую жизнь.

В СССР профессия манекенщицы считалась почти неприличной. Платили мало, а журналы вроде «Работницы» публиковали разгромные статьи о «тунеядках с подиума». Но именно в московском Общесоюзном Доме моделей на Кузнецком Мосту Регина нашла своё истинное призвание.

Она не просто демонстрировала одежду, она создавала образ. Молодой модельер Вячеслав Зайцев был от неё без ума. Именно он убедил её сделать знаменитую стрижку «под пажа», после которой западная пресса окрестила Збарскую «советской Софи Лорен». Коллеги же за её аристократическую отстранённость и гордость прозвали её Снежной Королевой.

Регина Збарская и Вячеслав Зайцев / Фото: 24smi.org

Её триумф пришёлся на 60-е. Она была главной звездой советских показов за рубежом. Но за блеском софитов и восхищением иностранцев скрывалась личная драма, которая в итоге её и погубила.

На одной из богемных вечеринок Регина познакомилась со Львом Збарским — гениальным художником-графиком, который был её пропуском в мир настоящей элиты. Он дал ей свою звучную фамилию и ввёл в круг, о котором она всегда мечтала. Но он же её и уничтожил.

Регина Збарская и Лев Збарский / Фото: 24smi.org

Лев был человеком искусства — свободолюбивым и неверным. Регина обожала его до безумия и терпела все измены. Он негативно отнесся к ее беременности. Карьера была на пике, ребёнок, по его мнению, был помехой. Она, отчаянно желая сохранить семью, подчинилась. Это решение сломало её изнутри.

Вскоре Збарский всё равно ушёл — сначала к актрисе Марианне Вертинской, а затем к Людмиле Максаковой, которая родила ему сына. Для Регины это был финальный удар. Человек, запретивший ей стать матерью, с лёгкостью стал отцом в другой семье. Её психика не выдержала. Она впервые попала в психиатрическую лечебницу с тяжелейшей депрессией и начала принимать таблетки, с которых уже не смогла слезть.

Но череда предательств на этом не закончилась. У неё случился бурный роман с югославским журналистом. После расставания он уехал на Запад и издал скандальную книгу «Сто ночей с Региной Збарской». В ней он в красках описал не только их интимную связь, но и выдуманные подробности её сотрудничества с КГБ и доносы на коллег.

Регина Збарская на обложке журнала «Мода». 1967 год. Фото: Wikimedia Commons

Эта книга стала приговором. Начался политический скандал. Её вызывали на допросы. От неё отвернулись почти все. Регина предприняла две попытки уйти из жизни, но её спасали.

Её звезда закатилась так же стремительно, как и взошла. Сильнейшие препараты изменили Збарскую до неузнаваемости: она набрала вес, знаменитый королевский взгляд потух. Какое-то время она работала уборщицей в том самом Доме моделей, где когда-то была примой. Вячеслав Зайцев, сохранивший к ней тёплые чувства, пытался помочь, пригласив работать в свой новый Дом моды. Но это была лишь тень былого величия.

15 ноября 1987 года, во время очередного пребывания в психиатрической больнице, Регина Збарская покончила с собой. На её похороны не пришёл никто из бывших коллег. Тело кремировали, а место захоронения праха долгие годы оставалось тайной.

История «Красной королевы» — это не просто биография модели. Это трагедия женщины, которая хотела быть царицей, но оказалась пешкой в играх мужчин и большой политики. Она была слишком яркой, слишком свободной и слишком несчастной для системы, которая сначала вознесла её на вершину, а потом безжалостно сбросила вниз.
Подписаться на: Комментарии (Atom)