Aлeкcaндp Ивaнoв. Кoгдa пoдшутили нaд ним – умep. "Нe нaливaйтe, нe пoдливaйтe, пoбepeгитe Caшу!"

 


Aлeкcaндp Ивaнoв. Кoгдa пoдшутили нaд ним – умep. "Нe нaливaйтe, нe пoдливaйтe, пoбepeгитe Caшу!"

Летом 1996 года в испанском доме зазвонил телефон. Александр Иванов снял трубку и услышал голос из Москвы:

– Александр Александрович, поздравляем! Вас выдвинули на Государственную премию.

Иванов замер. Неужели его не забыли? Неужели оценили по достоинству? Ведь прошло пять лет с тех пор, как закрыли "Вокруг смеха", пять лет забвения и тоски по Родине.

– Когда церемония? – взволнованно спросил он.

– Совсем скоро. Приезжайте в Москву, нужно оформить документы.

Иванов не раздумывая бросился паковать чемодан. Счастливый, он собрался за считанные минуты. Жена Ольга осталась в Испании – он обещал вернуться через несколько дней с радостной вестью. Она не знала, что видит мужа в последний раз.

В тот же день Александр Иванов уже был в Москве. Взволнованно бежал по коридору административного здания – не опоздал ли? Но на пропускном пункте охранник остановил высокого худого мужчину:

– Куда вы?

– Меня ждут! Сегодня вручение Государственной премии! Я в списке!

Охранник посмотрел на него с недоумением:

– Какое вручение? Здесь ничего не планируется.

Александр Иванов почувствовал, как земля уходит из-под ног. Оказалось, его просто разыграли. Это была шутка. Злая, жестокая, убийственная шутка.

По дороге из здания он зашел в ларек, купил бутылку водки и выпил ее залпом. Через несколько часов бессменный ведущий программы "Вокруг смеха", кумир миллионов, умер от обширного инфаркта, вызванного алкогольной интоксикацией. Ему было 59 лет.

ЦИРКУЛЬ, КОТОРЫЙ МЕЧТАЛ О СЛАВЕ

Александр Александрович Иванов родился 9 декабря 1936 года в Москве, в семье художника. С детства хорошо рисовал, и выбрал практичную специальность – в 1960 году заочно окончил факультет рисования и черчения Московского педагогического института.

Семь лет он работал преподавателем черчения и начертательной геометрии в техникуме. Высокого – 195 сантиметров ростом – и невероятно худого молодого учителя коллеги прозвали Циркулем. Иванов не обижался, отшучивался:

– Если вы считаете, что я слишком высокий и тощий, обратитесь в телеателье – там подрегулируют.

Из-за необычного внешнего вида ему не раз доставалось от коллег. Говорили, что он станет самой большой фигурой в литературе, "достаточно начать есть много мучного и сладкого". Обидные прозвища – Перпендикуляр и Язва – мало его задевали.

Никто не знал, что виной всему было голодное военное детство. После лишений Александр так и не смог набрать вес, соответствующий росту. Родители умерли рано, и юноша остался один в маленькой комнате в коммуналке, забитой книгами – стихотворными сборниками и литературными журналами.

По вечерам, оставшись наедине с собой, молодой учитель писал стихи. Сначала лирические, но их не печатали. И тогда он переключился на пародии. Спустя годы он признавался:

– Когда я читал хорошие стихи, я понимал, что так писать не могу. Когда читал плохие стихи, я понимал, что так я могу. И еще и не так могу!

В конце 1962 года Александр Иванов послал свои первые пародии в "Литературную газету" – одно из самых популярных изданий среди советской интеллигенции. Его работы приняли с восторгом. Иванов обладал феноменальным чутьем на слово: он мог одной строчкой превратить пафосное стихотворение в нелепицу, заставляя читателей хохотать до слез.

О своей профессии он говорил:

– Я решил высмеивать рифмованное непотребство. Некоторые мне говорят, что этим я не улучшу ситуацию. Пошлость всегда была, есть и будет. Может быть, оно так и есть. Но я все равно буду этим заниматься. Потому что мне это нравится. Как в лесу есть свой серый санитар – волк, так и в наших поэтических дебрях тоже нужен свой санитар. Вот я и решил им стать.

С 1968 года начали выходить его книги – "Любовь и горчица", "Смеясь и плача", "Не своим голосом". Вскоре Иванов стал ключевой фигурой знаменитого "Клуба 12 стульев" на шестнадцатой полосе "Литературной газеты". Дважды – в 1971 и 1976 годах – он был удостоен престижной премии "Золотой теленок".

Под его перо попадали Роберт Рождественский, Евгений Евтушенко, Римма Казакова и многие другие. Поэты, прочитав о себе пародию, в панике меняли секции – перебегали из поэзии в прозу. Но и там их настигали его "Красные Пашечки" и прочие пародии на нерифмованные тексты.

В 1970 году Иванова приняли в Союз писателей СССР. Он выступал на эстраде, даже сыграл несколько небольших ролей в кино. Но в лицо его почти никто не знал. Он мечтал о настоящей славе.

ШАНС, КОТОРЫЙ ИЗМЕНИЛ ВСЕ

В 1978 году на Центральном телевидении решили создать новую юмористическую программу "Вокруг смеха". Ведущим должен был стать актер Ростислав Плятт, но он неожиданно заболел.

Создатель программы Виктор Веселовский, завотделом сатиры и юмора "Литературной газеты", сказал:

– Впервые выводим на экран не артистов. То есть артисты тоже будут, но основная фишка – авторы. Поэтому и вести должен писатель, автор.

И добавил вторую историческую фразу:

– Саня Иванов – единственный русский среди писателей-юмористов.

Александра Иванова попросили выйти на замену. Предполагалось, что из отснятого с его участием материала его вырежут, и на экранах будет Плятт. Но пародист оказался невероятно органичным в роли ведущего – элегантным, ироничным, с острым умом. Решено было оставить его на первый выпуск. А потом и на все остальные – на целых тринадцать лет.

"Вокруг смеха"

После первого эфира Александр Иванов проснулся знаменитым. Его узнавали на улицах, он больше не мог ездить в метро – поклонники не давали проходу. Из техникума он уволился немедленно. Программа выходила всего раз в два месяца, но вся страна ждала ее с нетерпением.

Программа стала настоящей кузницей кадров. Здесь впервые засветились Михаил Задорнов, Михаил Жванецкий, Геннадий Хазанов, Роман Карцев, клоун Вячеслав Полунин. Александр Розенбаум попал в эфир после того, как на кассете услышали "Вальс-бостон" и "Ленинградские дворы". Надежду Бабкину пригласили из собора, где она пела а капелла. Последним найденным талантом создатели программы считали Михаила Евдокимова.

– Появиться в программе "Вокруг смеха" с Александром Ивановым – для молодого артиста это была такая честь, это была победа. Артисты театра, кино, эстрады считали за счастье появиться там, – говорил Геннадий Хазанов.

Впервые на экране можно было увидеть интерактив со зрителями – это была рубрика, куда обычные люди присылали примеры нелепостей из повседневной жизни. Александр Иванов зачитывал их с трибуны, а зал смеялся до слез.

Одна из фишек программы – шаржи на участников. Рисовал их Игорь Макаров. Но уже после нескольких записей карикатуриста вызвали на ковер:

– Почему все ваши персонажи с огромными носами? Это намек на определенные нации или как?

На что художник ответил:

– Я так вижу.

Причем в буквальном смысле – Макаров сидел в первом ряду и смотрел на всех выступающих снизу вверх.

Однако далеко не все юмористы проходили отбор. Например, Яна Арлазорова показали в передаче лишь раз – редакторы сочли, что его выступления рассчитаны на слишком низкий интеллектуальный уровень. А Евгений Петросян присылал кассеты со своими выступлениями организаторам, но его так и не пригласили на сцену.

ПИТЕРСКАЯ БАЛЕРИНА, КОТОРАЯ ПОЖЕРТВОВАЛА КАРЬЕРОЙ

Личная жизнь Александра Иванова долгое время не складывалось. Особой популярностью у девушек он не пользовался. Первый раз женился в восемнадцать лет, еще студентом Московского педагогического института, на подружке с соседнего курса. Брак распался через три месяца. Потом почти пятнадцать лет жил один. Именно тогда он и начал всерьез прикладываться к бутылке – от одиночества и неустроенности.

Второй брак оказался еще более неудачным. Однажды с летнего отдыха на курорте Иванов вернулся не только с женой, но и с ребенком возлюбленной от предыдущих отношений. Он перевез их в Москву, прописал у себя. Но быстро понял, что был нужен только ради московской прописки. Девушка нашла себе более выгодную партию и ушла.

В 1980 году, когда Александру было уже за сорок, он познакомился с балериной Ольгой Заботкиной. Ей тоже было 44 года, и за плечами блестящая карьера. Выпускница легендарного Вагановского училища, солистка Кировского театра (ныне Мариинский), заслуженная артистка РСФСР, она была звездой ленинградской сцены.

Ольга Заботкина в фильме "Два капитана" (1955)

Телезрители помнили ее по главной роли в фильме "Два капитана" – ее Катя Татаринова влюбила в себя полстраны. В Кировский театр ходили не на балетных прим в главных партиях "Жизели" или "Лебединого озера", а на "Катю Татаринову" в испанском или русском танце. Классическая строгость формы сочеталась в искусстве Заботкиной с тонким чувством стиля национального танца. Она танцевала в "Дон Кихоте", "Ромео и Джульетте", "Спартаке", "Дон Сезаре де Базане".

Ольга пережила блокаду – этим сама объясняла свою принципиальную бережливость. Ее отец умер во время блокады, мать работала экскурсоводом в Ленинградском музее этнографии. С 1965 по 1970 годы Ольга была замужем за фаготистом театра имени Кирова Сергеем Красавиным, но супруги не сошлись характерами.

Солистка балета Ольга Заботкина

По мнению знакомых, с Ивановым они были совершенно неподходящей парой. Он – не Ален Делон, нескладный, пьющий. Она – первая красавица сцены, элегантная, строгая.

– Их сочетание было не совсем логичным. Он не обходительный кавалер, не элегантный. Талантливый, но в меру смешной человек. Но она его полюбила – значит, что-то было такое, – вспоминали друзья.

Через месяц они поженились. Ради мужа Ольга Заботкина оставила родной Ленинград, переехала в Москву к Александру и стала его секретарем, стилистом, администратором. Она подбирала ему костюмы, редактировала тексты, не пропустила ни одной записи "Вокруг смеха". Всегда с гордостью повторяла, словно это было звание:

– Я – жена Александра Александровича Иванова!

Коллега Иванова Аркадий Арканов вспоминал:

– Оля была "серым кардиналом" в семье. Она была умна, красива, сдержанна, строга. Словом, питерская балерина! К тому же Оля снималась в кино: ее и сейчас помнят по роли Кати Татариновой из фильма "Два капитана". После свадьбы она оставила сцену и полностью взяла на себя организацию Сашиных дел. При этом всегда с гордостью подчеркивала: "Я – жена Александра Александровича Иванова". Понимала значимость его славы. А на бытовом уровне заправляла абсолютно всем. Как бы то ни было, они очень любили друг друга. И своих домашних питомцев: бесконечных кошечек, собачек, птичек – отраду многих бездетных семейных пар.

Детей у них не было. Однажды Александр Иванов в интервью сказал, что у них своя маленькая семья, в которую входят он с супругой, собака по кличке Авва и кот Аларек.

Александр и Ольга построили добротную двухкомнатную кооперативную квартиру в престижном доме у метро "Аэропорт". В ней было все необходимое для жизни, но без шика. Концертные костюмы Иванов шил у портных Литфонда, строго в порядке очереди, зато с большими скидками. Если можно было ехать на метро за пять копеек, а не на такси за три рубля – ехал в метро. Ольга, пережившая блокаду, была принципиально бережливой.

Она же старалась удержать мужа от пьянства. Друзья вспоминали:

– Она просила: "Не наливайте, не подливайте, поберегите Сашу!" Она всегда была рядом с ним на всех съемках. Но эти коллеги в кавычках по цеху на ее глазах старались это сделать.

Удивительно, но съемкам программы алкоголизм Иванова не мешал. На эфир он всегда приходил в форме, держался с достоинством. Срывы случались только после записей, в нерабочее время.

– Бывало, что он мог заночевать где-то на лавочке, не дойдя до дома, в совсем непотребном виде, – признавались близкие. – Истории были, когда он совсем срывался, уходил в какой-то штопор, выпивал там несколько дней подряд и уже переставал себя абсолютно контролировать. Потом, правда, снова появлялся на работе в отутюженном костюме, извинялся и как ни в чем не бывало занимался делами.

КРУШЕНИЕ

В 1991 году случилось непоправимое – программу "Вокруг смеха" закрыли. Тринадцать лет всенародной любви закончились в одночасье. Изменился политический строй, а вместе с ним и юмор – он стал злым и пошлым.

– Мы несколько раз поехали и поняли, что все в жизни изменилось. Те же самые стадионы, те же самые Аркадий Аркадьевич, Горин, Мишин, Альтов – все стали уходить. Весь этот юмор исчез, — вспоминал один из участников.

Иванов пытался следовать в ногу со временем, включал в программу номера, не имевшие ничего общего с прежним элегантным стилем – например, шутки на ранее запрещенные темы, национальные. Но это не помогло.

2 апреля 1991 года Иванов понял: что-то произошло, и похоже, что это надолго. Накануне улетел в эфир последний выпуск программы "Вокруг смеха". Его почти не смотрели. Все ждали политических новостей. Авторы не стали хуже – время изменилось. И было совсем не до смеха

Александр Иванов остался не у дел. Начались непростые годы. Денег не было, и ему приходилось торговать своими книгами прямо на улице, возле метро. Жена в это время закладывала в ломбард украшения. От безысходности Иванов пил каждый день.

– Если раньше его дисциплинировала программа – на эфир надо было приходить в форме – теперь не держало ничего, – вспоминали коллеги.

Нередко он засыпал на лавочке у подъезда, не доходя до квартиры.

– Это был человек, у которого все было по-человечески – и душа, и мысли, все. Но единственное – вот эта страсть...

– Я думаю, все ударило по самолюбию. Вот это отсутствие популярности, славы, что-то происходит, ломается привычный мир. Потом стали уходить объекты его сатиры, перестали печатать газеты пародии, – размышлял один из коллег.

Новые шутки и пародии пылились в ящике письменного стола. Телеэфиры были в прошлом. Теперь Иванову ничто не мешало пить каждый день.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИНТЕРЛЮДИЯ

В 1993 году Александр Иванов подписал так называемое "Письмо сорока двух" – публичное обращение группы литераторов в поддержку Ельцина после конфликта президента с парламентом и расстрела Белого дома.

За участие в политических кампаниях, написание памфлетов и эпиграмм на политических деятелей он стал получать неплохие гонорары. Вот, например, его эпиграмма того времени на Владимира Жириновского:

"Посмотрите-ка скорей, Дело-то хреновое: И фашист, и еврей – Это что-то новое".

Когда в прямом эфире были выборы и победила ЛДПР, по студии ходил Жириновский. Он подошел к Иванову и сказал:

– Я тебя запомнил...

От прежнего элегантного стиля писателя не осталось и следа. Поклонники ужасались. Он скатился в пошлость и политические памфлеты.

Но сам Иванов искренне считал, что он опять нужен народу – ведь его вновь смотрят и слушают.

– Я считаю, что довольно плохо на нем отразилось то, что он окунулся в политику, – вспоминали коллеги.

Писатель-сатирик Александр Иванов и Президент РФ Борис Ельцин во время встречи с российскими литераторами

Однако участие в политической жизни позволило Иванову снова быть на плаву. Он не только начал неплохо зарабатывать, но и вновь стал участвовать в различных телепередачах. Он появлялся на митингах, у него был контакт с Анатолием Собчаком, в "Известиях" появились заметки.

Этот период быстро прошел, но на заработанные деньги Иванов купил дом в Испании. Туда в середине девяностых супруги и переехали.

Почетные гости фестиваля сатиры и юмора "Золотой Остап-93" поэт-пародист Александр Иванов и мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак

ИСПАНСКАЯ ТОСКА

Казалось, наступило спокойствие – море, солнце, хороший дом, любящая жена. Что еще нужно человеку, чтобы встретить старость?

Но Александру Иванову этого было мало. Ему катастрофически не хватало того, к чему он привык, – сцены, поклонников, славы. Он стал тосковать по Родине. И обычно – с бутылкой в руках.

– Они жили с супругой в Испании, на море, все хорошо было до поры до времени, пока снова не начал срываться. Хороший дом, хорошая жена – что еще нужно человеку, чтобы встретить старость? Но Иванову этого было мало. Ему сильно не хватало того, к чему он так привык, – сцены, поклонников, славы, – рассказывали знакомые.

ПОСЛЕДНЯЯ ШУТКА

Летом 1996 года, незадолго до президентских выборов, в испанском доме раздался тот самый роковой звонок. По одной версии, ему сообщили, что он выдвинут на Государственную премию. По другой – что он должен выступить на митинге демократов в поддержку Ельцина.

Кто позвонил и зачем разыграл пожилого пародиста – так и осталось неизвестным. Возможно, это была чья-то злая месть. Возможно – глупая, бессмысленная шутка. Возможно – просто ошибка.

Окрыленный новостью о Государственной премии, Александр Иванов немедленно вылетел в Москву. Счастливый, он собрался за считанные минуты. Ольга осталась в Испании – муж обещал скоро вернуться с радостной вестью.

В тот же день он уже был в столице. Взволнованно бежал по коридору административного здания. Писатели остановили его на пропускном пункте:

– Меня ждут! Сегодня будет награждение Государственной премии! Я в списке!

Но охранник ответил, что никакого награждения нет и не планируется.

Оказалось, Александра Иванова просто разыграли. Это была злая шутка. Она стала последней каплей.

По дороге домой он купил в ларьке бутылку водки и выпил ее залпом.

12 июня 1996 года Александр Александрович Иванов скончался от обширного инфаркта, вызванного алкогольной интоксикацией. Не дожив полгода до своего шестидесятилетия, не получив заслуженного признания, о котором мечтал всю жизнь.

Похоронили его на Введенском кладбище в Москве. После смерти поэта бесследно исчез его личный архив, в котором содержались неизвестные публике лирические стихи – те самые, что он посвящал жене и писал "в стол" всю жизнь.

ЭПИЛОГ

Ольга Заботкина пережила мужа всего на пять лет. После смерти Александра она стала быстро угасать, а вскоре у нее диагностировали рак. В последние годы жизни она почти не выходила из квартиры, ни с кем не общалась, отвечая друзьям по телефону:

– Не хочу, чтобы вы меня такой видели...

21 декабря 2001 года ее не стало. Ей было 65 лет. Одна из первых красавиц театральной сцены и кино, звезда Мариинского театра, так и не смогла обрести счастья после того, как потеряла единственного человека, ради которого пожертвовала карьерой.

Тщеславие и жажда признания погубили талантливого человека. И одна злая шутка оборвала жизнь.

Ведущий программы "Вокруг смеха", даривший радость миллионам, сам прожил совсем не веселую жизнь. Его последними словами, записанными на пленку, была маленькая пародия под названием "Сам себе звезда".

Александр Иванов всю жизнь хотел быть знаменитым. Но когда слава пришла, он не смог ее удержать. А когда слава ушла – не смог пережить ее потерю. И умер от шутки – последней и самой жестокой.


Мужу – пoжизнeннo, мaтepи – 3 гoдa. Пoдpoбнocти жуткoй тpaгeдии, в кoтopoй 14-лeтнюю дeвoчку нacильнo выдaли зaмуж

 


Мужу – пoжизнeннo, мaтepи – 3 гoдa. Пoдpoбнocти жуткoй тpaгeдии, в кoтopoй 14-лeтнюю дeвoчку нacильнo выдaли зaмуж

Девочки уже нет в живых.

Об этой теме – ранних браках по принуждению, я буду говорить снова и снова. Надеюсь, когда-нибудь это явление исчезнет из нашего общества, и у девочек будут права самостоятельно выбирать свой жизненный путь, получать образование, строить карьеру, развиваться, а не становиться домохозяйками в 15 лет и всю жизнь зависеть от мужа и его семьи.

Эта история произошла в селе Ламбало в регионе Кахетия. В Грузии много сел и деревень, население которых на 99% состоит из представителей этнических меньшинств, в основном, армян или азербайджанцев. Это село – азербайджанское. Я не делаю акцент на национальности преступника, у преступности нет нации, но в таких маленьких селах традиция восточных народов выдавать девочек замуж рано и по договоренности все еще существует.

6 октября 2023 года 14-летняя девочка, Айтадж Шахмарова, была застрелена несколькими выстрелами из охотничьего ружья своим мужем, 28-летним Асимом Садыковым.

За два месяца до этого девочка была похищена из другого села - Усеинкенди Дманисского района. Она должна была пойти в 9-й класс, но в школе так и не появилась. Все знали, что она «вышла замуж». А если вышла замуж, то в школу уже ходить не нужно – у ребенка теперь другие обязанности, ухаживать за мужем и его семьей.

Девочка была убита при попытке сбежать из дома своего мужа – брак был принудительным, Айтадж было всего 13 лет. И это была не первая попытка побега – но ее собственная семья возвращала ее обратно. О том, что девочку заставили выйти замуж, знали все – но преступление называли традицией, делом семейным, никто не думал вмешиваться. В результате история закончилась трагедией. И самое страшное в этой трагедии – брак задумала мать девочки и ее дядя, которые решили отдать ребенка в состоятельную семью и выдать ее за мужчину намного старше.

Суд был суровым: мужу Айтадж дали пожизненный срок. Суд признал виновным Садыкова по четырем статьям УК: умышленное убийство члена семьи при отягчающих обстоятельствах, незаконное лишение свободы, половые сношения с несовершеннолетней до 16 лет и незаконное хранение оружия.

Получили сроки и мать девочки – 3 года за принуждение к браку, 3,5 года получил дядя Айтадж.


"Мнoгиe зaпoмнили мoй пятый paзмep бюcтa и шиpoкиe кpутыe бeдpa": любвeoбильнaя Нинa Уpгaнт

 


"Мнoгиe зaпoмнили мoй пятый paзмep бюcтa и шиpoкиe кpутыe бeдpa": любвeoбильнaя Нинa Уpгaнт

— Нинка! Бросай все! – влетела в комнату рыжая Ленка с соседнего курса, едва переводя дух. – Твой Левка что-то задумал... серьезное! Без тебя, говорит, жить не сможет.

— Вот идиот. Какой драматизм,- не отрываясь от книги, хмыкнула та.

— Да беги ты к нему! - зашипела подруга.

— Ладно, ладно, - вздохнула Нина, откладывая томик. – Скажи дураку, что я за него выйду. Только пусть прекратит эту глупость, а то еще сделает что-нибудь необратимое, и замуж будет не за кого.

Нина Ургант

Нина Ургант родилась в семье военного. Отец, Николай Андреевич, служил в НКВД, что обрекло семью на постоянные переезды из гарнизона в гарнизон. В 1940 году Урганты наконец, осели в латвийском Даугавпилсе, где и встретили начало Великой Отечественной.

Кроме Нины в семье было два брата — Володя и Герман, и совсем маленькая сестренка Галя. Когда город заняли немцы, отец успел уйти с отступающими частями, а мать с четырьмя детьми осталась на оккупированной территории.

Нина успела проучиться в местной школе всего один год. А потом, вплоть до освобождения, об учебе пришлось забыть. После войны семья смогла вернуться в родную Лугу. Девушку неудержимо манила сцена, однако сначала она подала документы в Политехнический институт.

Нина Ургант

Но математика давалась ей с трудом, а школьный аттестат не блистал оценками. Увидев на вступительном экзамене сложные задачи, Нина сразу поняла: это не ее. Зато в театральный институт имени Островского девушку приняли безоговорочно.

— После войны стали выдавать американскую тушенку и галеты, - вспоминала Нина Николаевна. — Вот тогда я и начала расти не вверх, а вширь. К своим семнадцати годам набрала почти сто килограмм! Когда поступала в Ленинградский театральный комиссия, наверное, запомнила не столько мои чтение и пластику, сколько пятый размер бюста и такие бедра, что в двери приходилось входить боком.

Учеба в театральном шла легко, хотя о карьере в столичных театрах начинающая актриса даже не помышляла. После окончания Ургант направили в Ярославль, где она быстро стала ведущей актрисой местного театра. Однако Ленинград не отпускал. Сначала она вернулась в Театр имени Ленинского комсомола, а затем ее ждал переход в Александринский театр (тогда имени Пушкина), на сцене которого и прослужила до самой смерти.

Нина Ургант

Но если в театре успех пришел к ней сразу, то путь к признанию в кино оказался тернистым. Первой крупной работой стала роль Олечки Михайловой в фильме «Укротительница тигров».

— Я играла подругу главной героини, этакую легкомысленную ветреную девицу, - вспоминала Нина Николаевна. — А зритель увидел не просто персонажа, он увидел предательницу. И поверил в это настолько, что начал ненавидеть уже меня.

Действительно, после выхода картины на Ургант обрушилась волна народного гнева. Ее узнавали на улицах, оборачивались вслед и громко осуждали. На съемочной площадке одна из коллег как-то с усмешкой заметила:

— Ну что, Нина, почувствовала славу? Тебя теперь вся страна знает в лицо. Правда, скорее как злодейку, чем героиню.

На несколько лет ее словно заключили в творческую тюрьму образов "несимпатичных" девушек. Ситуацию смог исправить только фильм «Белорусский вокзал», где Ургант сыграла одну из ключевых ролей. И особенно зрителям запала в душу пронзительная песня «Нам нужна одна победа», которую ее героиня пела вместе с друзьями.

Нина Ургант

Нина Ургант всегда пользовалась вниманием мужчин, но в своей жизни выделяла лишь три большие любви. Первая случилась еще в школе. Избранником девушки стал серьезный, умный парень Иван Козлов, вместе с которым она пыталась поступить в Политех.

— Мы готовились вместе, - вспоминала Ургант. — Но у Вани голова работала, как часы, а у меня мысли все время куда-то улетали на крыльях Мельпомены.

Их романтические пути разошлись, но дружба осталась на всю жизнь. Сам Козлов позже признавался:

— Нина была как луч света. Я, может, и женился на другой, но в душе всегда хранил к ней самые теплые чувства.

Второй любовью стал однокурсник по театральному институту Лев Милиндер. Эмоциональный и склонный к драматизму молодой человек осаждал Нину нестандартными ухаживаниями. Однажды, застав ее после репетиции, он заявил срывающимся голосом:

— Нина, я без тебя не могу. Если ты откажешься быть моей женой, то… ты больше никогда меня не увидишь. Понимаешь? Никогда.

— Левка, перестань дурачиться. Какая жена, у нас же сессия на носу!- привыкшая к его порывам, отмахнулась та.

Но Лев не унимался. Его ультиматумы стали частью институтского фольклора. Он мог встать на колено посреди столовой или часами дежурить под окнами общежития, доводя подруг до слез умиления, а саму Нину — до исступления.


Так продолжалось несколько месяцев, пока однажды в ее комнату не влетела рыжая Ленка с соседнего курса:

— Нинка! Бросай все! Твой Левка что-то задумал... серьезное! Без тебя, говорит, жить не сможет.

— Вот идиот. Какой драматизм,- не отрываясь от книги, хмыкнула та.
— Да беги ты к нему! - зашипела подруга.

— Ладно, ладно, - вздохнула Нина, откладывая томик. – Скажи дураку, что я за него выйду. Только пусть прекратит эту глупость, а то еще сделает что-нибудь необратимое, и замуж будет не за кого выходить.

Свадьбу Ургант и Милиндер сыграли через два месяца. На торжество явился даже Гарик Острин, который все время бил Левку за право провожать Нину домой.

— Странное дело. Не красавица же, а вокруг нее всегда толпа поклонников,- задавались вопросом подружки.

Вероятно, именно природная, почти мальчишеская непосредственность и притягивала к ней поклонников. Нина Ургант не играла в жеманных барышень, не корпела перед зеркалом и всегда была одинаково приветлива со всеми.

— Долго не протянет. У нашей Нинки ветер в голове... Непостоянная она...,- шептались завистницы.

Нина Ургант и Лев Милиндер

Так и вышло. Правда, брак распался не из-за ее ветрености. Однажды, вернувшись домой раньше обычного, Нина застала мужа в обществе гибкой, худющей циркачки.

— Лев, - тихо спросила она, стоя на пороге. — Это та самая, что в ящике дает себя пилить?

Милиндер попытался что-то объяснить, но жена уже повернулась к кроватке, где спал их полугодовалый Андрюша. Затем, достав чемодан, начала аккуратно складывать свои вещи и детские ползунки.

Несколько лет после развода актриса едва сводила концы с концами. Помощь приходила от ухажеров: один приносил мешок картошки, другой чинил протекающий кран. Как-то раз актер Владимир Татосов, застенчиво ухаживавший за Ниной, спросил:

— Ниночка, скажи, чем я могу тебя порадовать? Хоть что-то…

— Знаешь, Володя, если бы у меня были красивые чулочки… Завтра у меня важный спектакль, - смущенно поправляя скромный вязаный жакет, ответила она.

На следующий день Татосов принес не одну, а три пары тончайших чулок в изящных коробочках.

Нина Ургант с сыном

Но самым ценным подарком стала для Ургант протекция Александра Белинского. Безответно влюбленный начинающий тогда режиссер решил помочь ей иначе. На одном из творческих вечеров он подошел к мэтру Георгию Товстоногову:

— Георгий Александрович, есть одна актриса.... Вам стоит на нее взглянуть...

Внимание Товстоногова открыло Ниночке двери в большое кино. Уже через год она снималась в «Укротительнице тигров». И выкладывалась на съемочной площадке с такой самоотдачей, что даже звездная Людмила Касаткина, исполнительница главной роли, чувствовала легкую ревность. Как-то раз, выходя из гримерки, она с иронией бросила помощникам:

— Интересно, почему камера смотрит на нашу Нинку, как влюбленный мальчишка? У оператора зрение, что ли, испортилось?

И правда, опытный 45-летний оператор Аполлинарий Дудко был очарован 25-летней Ниной. Он выстраивал свет так, чтобы подчеркнуть ее хрупкость и в то же время внутренний стержень. Актриса чувствовала его восхищение, но для нее он был человеком из другого поколения, — талантливым, но все же "стариком".

Нина Ургант с мужем и сыном

В последний день съемок Дудко преподнес ей скромный букет полевых цветов.

— Ниночка, - прошептал влюбленный оператор, отводя ее в сторону. — Вы же знаете, что сводите мужчин с ума? А я из-за вас, кажется, окончательно потерял голову.

— Знаю, Аполлинарий Иванович! Спасибо за цветы!- звонко рассмеялась та и, не оглядываясь, помчалась на встречу с очередным молодым поклонником.

Сколько восхищенных взглядов и комплиментов пришлось на долю артистки! Подруги только диву давались, наблюдая, как та с легкостью отказывала завидным женихам.

Однажды в Венеции, где Ургант представляла на фестивале фильм «Вступление», на нее обратил внимание итальянский промышленник по имени Чино, человек с громкой фамилией и нескромным состоянием. На торжественном ужине миллионер, не скрывая восхищения, подошел к ее столику:

— Синьорина Нина, - начал он с акцентом, но очень уверенно. — Ваша красота… она как солнце, которое светит даже в дождливую ночь. Я хочу, чтобы это солнце светило для меня. Завтра моя яхта будет ждать вас у причала. Мы отправимся в Сорренто, а потом… вам понравится Милан. Я подарю вам все, о чем можно только мечтать.

Нина внимательно его выслушала, а затем мягко улыбнулась:

— Синьор Чино, вы очень любезны. Мне кажется, в Сорренто меня пока не ждут...

Нина Ургант

На следующий день итальянец прислал в номер Ургант огромную коробку. В ней лежала шуба из нежнейшей антилопы. Аккуратно погладив мех, артистка велела горничной вернуть подарок обратно. Подруги, узнав об этом, чуть не лишились чувств:

— Нинка, да ты с ума сошла! Это же целое состояние! Да и сам он красавец, миллионер!

Увы, сердце Нины не растопила даже антилоповая шуба. А может, она просто предчувствовала, что скоро в ее жизни появится настоящая большая любовь...


Двaжды мeняли зaкoн, чтoбы их paccтpeлять. Уникaльнaя иcтopия «вaлютных кopoлeй» CCCP

 

Ян Рокотов Кадр: ВажноеКино.РФ / YouTube

Двaжды мeняли зaкoн, чтoбы их paccтpeлять. Уникaльнaя иcтopия «вaлютных кopoлeй» CCCP

Москва, лето 1960 года. В ресторане Ленинградского вокзала ужинает скромно одетый мужчина с объёмным чемоданом. За ним тайно наблюдают сотрудники КГБ. Они уверены: в чемодане — целое состояние в валюте и золоте. Это был Ян Рокотов, один из «валютных королей» СССР.

Сегодня наш рассказ о том, как три молодых и дерзких спекулянта построили подпольную финансовую империю, как на них охотился КГБ, и почему их дело стало уникальным в истории советского правосудия — ведь закон меняли дважды, чтобы отправить их на расстрел.

В конце 50-х, в разгар хрущёвской оттепели, в СССР хлынул поток иностранных туристов. Официальный курс обмена валюты был грабительским, и на этом быстро вырос теневой рынок. Сначала появились «фарцовщики», а затем — целая иерархия валютных спекулянтов: от уличных «бегунков» до таинственных «королей», которые ворочали миллионами. В 1959 году борьбу с этим явлением поручили КГБ, который начал настоящую охоту на лидеров чёрного рынка.

Главными целями чекистов стали трое: Ян Рокотов (Косой), Владислав Файбишенко (Червончик) и Дмитрий Яковлев (Дим Димыч). Рокотов, самый опытный из них, считался создателем всей подпольной сети. Файбишенко был самым молодым и дерзким. А Яковлев, аспирант из хорошей семьи, владевший несколькими языками, был «мозгом» многих операций.

Владислав Файбишенко Кадр: ВажноеКино.РФ / YouTube

Оперативники КГБ долго выслеживали Рокотова. Однажды им почти удалось поймать преступника, но, вскрыв его портфель, они нашли там лишь мочалку и кусок мыла. Новая возможность представилась, когда Рокотова засекли в ресторане с тем самым чемоданом. После ужина он сдал его в камеру хранения на Ярославском вокзале. Ночью чекисты вскрыли чемодан и обнаружили в нём валюту, золото и 900 тысяч советских рублей. У камеры хранения устроили засаду. «Какой же я дурак, что не разглядел слежку!» — кричал Рокотов при задержании. Вскоре были пойманы и двое других «королей».

Следствие установило, что их общий оборот составил около 20 миллионов рублей. Суд приговорил всех троих к максимальному на тот момент наказанию — восьми годам лишения свободы. На этом история могла бы закончиться, но в неё вмешался лично Никита Хрущёв.

Деньги и ценности, изъятые у Яна Рокотова в ходе следствия Кадр: ВажноеКино.РФ / YouTube

В конце 1960 года во время визита в Западный Берлин Хрущёву бросили упрёк: «Такого чёрного рынка, как в Москве, нет нигде в мире». Это привело первого секретаря в ярость. Вернувшись в СССР, он потребовал ужесточить борьбу со спекулянтами. Появились «письма от трудящихся», требующие суровой кары для «отбросов общества». Президиум Верховного Совета срочно издал указ, увеличив максимальный срок за валютные операции до 15 лет. Дело Рокотова и его подельников пересмотрели, и они получили по 15 лет.

Но и этого Хрущёву показалось мало. На одном из митингов он публично раскритиковал генпрокурора и председателя Верховного Суда за «мягкость» приговора, заявив, что «за такие приговоры самих судей судить надо!». Система поняла намёк. 1 июля 1961 года был подписан новый указ, который вводил за валютные спекуляции в особо крупных размерах смертную казнь. Этот закон применили к делу Рокотова, Файбишенко и Яковлева «задним числом» — в третий раз.

Дмитрий Яковлев Кадр: ВажноеКино.РФ / YouTube

Закон не имеет обратной силы — это основа любого правосудия. Но в данном случае на этот принцип закрыли глаза. Верховный суд РСФСР приговорил всех участников к расстрелу. Прошения о помиловании, в том числе от всемирно известного философа Бертрана Рассела, были отклонены. В ночь на 26 июля 1961 года приговор был приведён в исполнение.

Дело Рокотова, Файбишенко и Яковлева вошло в историю советской юриспруденции как уникальный случай. Оно стало одним из самых громких экономических процессов 60-х годов и продемонстрировало, насколько серьёзно государство относилось к борьбе с теневой экономикой. Решения, принятые в ходе этого разбирательства, на долгие годы определили правовую практику в сфере валютных операций.