Тpи дня. Нaтaшa вcя внутpeннe cжaлacь, кoгдa увидeлa плeмянницу мужa, Oлecьку.....

 


Тpи дня. Нaтaшa вcя внутpeннe cжaлacь, кoгдa увидeлa плeмянницу мужa, Oлecьку.....

Наташа вся внутренне сжалась, когда увидела племянницу мужа, Олеську.

Девчонка не глядя в глаза и шмыгая носом подала сложенный пополам листок в клеточку и быстро убежала.

Наташа развернула листок, она внутренне ждала чего -то подобного,поэтому написанное не стало сильным шоком.

Наташа, я ухожу, прости.

Да, я поступаю, как трус, но у меня нет сил, я устал, прости, детей не брошу, с тобой жить не буду. Дом я продал вот твоя часть. Поезжай к матери.Там тебе хватит на первое время денег.

Наташа равнодушно опустила руки и стояла тихонько покачиваясь, она смотрела равнодушно на рассыпавшиеся бумажки.

-Наташенька…что там? — Прошелестела бабушка Вера, заглядывая в глаза Наташе, — телеграмма?

-Всё хорошо…ба…иди чай пить, я там печенье…вытащить надо, а то сгорит.

По комнате расплылся запах ванилина и подгоревшего теста.

Она ожидала чего-то подобного, дом был Виктора, достался ему от бабушки, последнее время он стал чаще не приходить ночевать домой, ссылаясь на то что у брата задержался допоздна, они строили там свинарник.

Говорил что до заморозков необходимо успеть, до Наташи доходили смутные слухи, жена брата Виктора, с бегающими глазками Светлана, всё пыталась что-то рассказать, кидала намёки, но Наташа не слышала или не хотела слышать.

-Мам, — с улицы заглянул десятилетний Ванюшка, — мам там дядь Петя сосед, просит выйти.

-Бабушка, присмотри за Катюшей я сейчас, — сказала и накинув пальтишко вышла на улицу.

-Так чё Наталья, здравствуй, чё я это, пришёл вот осмотреть, чё…Я это…Как его…это самое.

-Это вы дом?

Кивнул.

-Ты это…не психуй, не психуй, ежели не я, то кто-то другой. А я это…ты живи скока надо, пока Ксенька моя того не вырасти, это я для её…ну, тут это самое, по- соседски.

-Дайте мне три дня и я съеду, — сухо сказала и зашла в дом.

-Да куды же ты…Наташа…

Молча захлопнула дверь.

Следом забежал раскрасневшийся на морозе Ванюшка.

-Мама?

-Всё хорошо сынок.

-Мама. где папа?

притянула к себе, обняла родное худенькое тельце, поцеловала во вспотевшую макушку, вздохнула родной запах и…заплакала, тихонько вытирая слёзы.

-Мам, он ушёл, да? Ушёл?

Кивнула.

-Я убью его.

-Нет, сыночек, не надо, мы сильные, мы справимся.

Заплакала Катюшка, успокоила её, посадила детей ужинать. Зашла в комнату к бабушке Вере. Та сидела у окошка, тихонечко вздрагивая худыми плечиками.

-Наташа, ты меня в стардом помоги оформить.

-Чего? С ума сошла?

Бабушка Вера была родной сестрой её умершей бабушки Вали. У бабушки Веры были две дочери, вполне благополучные, небольшой посёлочек в котором жила бабушка Вера, расформировали, стариков кого дети забрали, кого в стардом.

Бабушка Вера оказалась не ко двору, одна дочь жила далеко за Уралом, в городе, другая в небольшом городке, недалеко от туда, где жила Наташа с мужем и детьми.

Вторая дочь попросила Наташу приютить на Время бабушку, мол, дом большой у тебя, она на свежем воздухе, да с ребёнком тебе поможет.

Первая оборвала всякую связь, как только замаячила перспектива забрать мать, так бабушка Вера и осталась у Наташи, уже и Катюшке шестой год.

-Не выдумывай, поедем с нами.

-Куда, Наташенька.

-Пока не знаю, там видно будет.

Наташа не думала что Виктор подлец что оставил её без жилья с детьми она всегда знала что дом не её, мечтала построить свой, их с Виктором и детьми дом, не судьба.

Позвонила матери.

Та заохала, грозилась подать на зятя в суд, всячески сопереживала.

-Что ты будешь делать? Иди, иди к этому подлецу пусть дом тебе с детьми оставляет, кинь ему в морду эти деньги поганые.

-Нет, — сказал и отключила телефон.

Мать она понимала, у той давно другая семья, дети. Отчим еле как вытерпел когда Наташа окончит школу и выставил её из дома.

С Виктором познакомилась, год встречались, потом замуж вышла. Радовалась какой хороший…

Мать опять позвонила.

-Наташа что -то связь прервала, а куда ты денешь бабушку Веру?

-Ну уж точно не к тебе привезу.

-Зачем ты так?

-Всё, мне некогда.

Взяла старую записную книжку, нашла номер.Вышла на улицу, набрала.

-Алё, тёть Наташа, — сказала той, в чью честь назвали, — я с Виктором разошлась, бабушку Веру к тебе привезу?

-Нет, ты что, у меня давление. Сиди там, вы что?

-Она твоя мать, у тебя три комнаты.

-И что? У меня давление, у меня приходят внуки…

-Понятно.

Они ехали в плацкартном вагоне.

Худенькая молодая женщина, совсем девчонка, с большими печальными глазами, мальчик, тихий и серьёзный, девчушка с живыми глазами и сухонькая старушка, которая тихо вытирала слёзы.

— Здравствуй, папа.

-Наташа…детки? Ой, бабушка Валя?

-Вера…

-Что?

-Это бабушка Вера.

-Проходите, проходите.

-Пап, мы не будем проходить, дай пожалуйста ключи от моей квартиры, она же живая?

-Кто, доча?

-Моя квартира, которую мне бабушка Маша, твоя мама завещала.

-Аааа, да конечно, а вы проходите, Люда, Люся…счастье -то какое, доченька вот с внучатами в гости…Люся и это с бабушкой Верой, давайте заходите, заходите.

Там понимаешь, люди живут.

-Ну мы тогда в гостиницу, пап, пока люди новое жильё найдут.

-Какая гостиница, — расплылась в улыбке Людмила, — что мы чужие…

Через три дня Наташа услышала шёпот Людмилы о том когда съедут гости?

-Пап, что там с людьми? Когда они съедут?

Людмила бросила ложку, отец подавился супом, который приготовила Наташа.

-Понимаешь дочь…там…

-Да нет у тебя никакой квартиры, ишь ты губы раскатала, отец ей алименты до восемнадцати лет платил…

-До шестнадцати.

-Чего?

— Говорю до шестнадцати, помните я к вам приехала в гости, а вы меня потащили отказ на алименты писать?

поджала губы Людмила.

-Так что, папа? Нам бы уже определиться, устали на птичьих правах.

-Да что ты молчишь? Скажи ей. Нет той квартиры давно, нету.

-Как это нет, папа?

Не смотрит в глаза.

Мы с мамой твоей…мы продали, деньги поделили…сразу.

-Как? Она же мне…Бабушка Маша мне…

-И что? Он сын, говорите спасибо, что вам какие-то деньги…

-Я…дайте срок три дня…

-Доченька…

-Три дня.

-Мамочка, куда мы?

-Здесь жить будет сыночек, мы же сильные, мы справимся. Это моя родина. Нам с тобой раскисать нельзя, у нас бабушка Вера и Катюшка.

-Да! Я в школу после каникул здесь пойду?

-Да.

— Извините, с детьми не сдаём.

-А вы точно платёжеспособная?

-Мне за три месяца вперёд надо

-А чё, договоримся? Без мужика что ли?

-Ну вот такая комната, туалет зато есть, другие вон на улицу. Вода из труб зимой горячая, холодная есть, душ у соседки, познакомитесь с ней, она тоже одиночка…Вперёд за два месяца.

-А у вас есть опыт?

-Без опыта не берём

-Маленькие дети?

— Извините, вы нам не подходите…

-Без опыта? Ну что же, научится придётся. Меня Борис зовут, это наш дружный коллектив. Молодая, быстро обучится. Девчонки принимайте…

-Новенькая, три дня тебе на обучение и вперёд, работать. Квартир много сдаётся, сейчас вроде покупка пошла хорошо, пока на съеме посидишь обучишься и сделки начнёшь заключать…

Опять три дня, думает Наташа.

Бабушка, дети, мы переезжаем.

-Куда? — испуганно смотрит Ванюшка.

-Увидишь!

-Ух ты! Мы здесь будем жить?

-Дааа. Это ваша с Катей комната, а мы с бабушкой в другой.

-А третья кому, мама?

-А в третьей мы гостей будем принимать!

-Ууух ты, вот это да…

Плачет бабушка Вера.

-В тягость я тебе детка, три года одна живёшь, нечто это нормально? Не было бы меня, может мужчину бы себе завела, ты ить вон какая девка справная, сдай меня …

-Что такое говоришь? Мы семья, поняла! Семья. Никому мы с тобой не нужны, слышишь? Только детям, спасибо тебе что смотришь за ними, что весь быт на тебе, ты моя помощница, что я без тебя? Кто я без вас?

Я спросить хотела, совета. Борис Аркадьевич предлагает учиться пойти, ему юрист нужен хороший, фирма развивается.

-Иди, иди детка, я чем могу помогу, иди моя милая.

-Мама, это правда что мы квартиру покупаем?

-Дааа, Катька подслушала?

-Нее, бабуля по секрету сказала.

-Да сыночек, только с папой разведусь.

Ванька уже подросток, первый раз заговорили об отце. Помощь которую он обещал…А не было никакой помощи…

-Вот это дааа, мама, это наше? Всё наше? Такая огромная? И у меня, и у вани будут свои комнаты?

-Дааа и у бабули, и у меня!

-Ух ты, а гостей принимать мы здесь будем?

-Здесь…

-Алё, Наташа, у мамки же день рождения сегодня.

-Серьёзно?

-Ну да, — недовольным тоном, — ты что не знаешь? Седьмое июня.

-Угу, только июля.

-Да?

-Да. Только два года как нет бабушки с нами, осиротели мы…

-Как это? Ты что поганка? ты скрыла от меня что моей мамы нет?

-Я скрыла? Да я тебя смсками и звонками бомбила, ты пряталась от меня, а потом доченька твоя сказала чтобы я, оставила вас в покое, я оставила. Сестра твоя кстати знает, попросила сбережения мамины ей отправить, ей нужнее.

-Какие сбережения?

-Не знаю, вам виднее. Вы наверное думали что она со мной живёт, а пенсию свою заботливо складывает для дочек любимых.

-Так нет сбережений что ли?

Наташа отключила телефон. Досчитала до трёх. Фух. День памяти бабулечки, она как раз у неё. Рассказывала что Ванька отучился, нашёл хорошую девушку, Катерина школу закончила, а у неё вроде бы наметились перемены в жизни.

-Ба, помнишь Серёжу, — шепчет Наташа, — помнишь ты меня уговаривала что он хороший…Я тебя наверное послушаю…Он мне три дня дал, на раздумье, сказал что слишком долго ждал.

Так что ты не переживай, я не одинока.

Глянуло из-за тучки солнышко и ласково обняло своими лучами Наташу.

Это бабулечка Вера, подумалось.

Добрый день мои хорошие!

Я вас обнимаю крепко! Мы сейчас как никогда нужны друг другу.

С нами Бог!

Обнимаю вас крепко.

Шлю лучики своего добра и позитива.

НACЛEДCТBO

 



НACЛEДCТBO

Этот удивительный случай из жизни мне рассказала моя бабушка, которую я часто навещаю в деревне. Однажды мы долго не виделись — я два года работала заграницей и когда вернулась домой, то первым делом поехала к своей любимой бабуле. Я уже несколько дней гостила в деревне, когда вдруг заметила, что ещё ни разу не видела Марию Васильевну — бабушкину соседку из дома напротив. Мне всегда нравилась эта отзывчивая пожилая женщина, великая труженица.

— Бабуль! А где же твоя подружка Мария Васильевна? За неделю ни разу не зашла. С ней ничего не случилось? — Забеспокоилась я.

Бабушка посмотрела на меня с удивлением:

— Так она уже больше года в доме престарелых живет. — И спохватилась. – А, так ты же ничего не знаешь! Так слушай.

И бабушка рассказала мне эту историю.

Как я уже упоминала баба Маша всегда трудилась не покладая рук. Никто из односельчан ни разу не видел ее без дела — то на грядках возится, то в саду, то корову из стада встречает, то пироги печет — угостит полдеревни, то с двумя ведрами черешни ранним утром на автобус бежит. Свежие овощи и фрукты, зелень, куриные яйца, платки из козьего пуха, сметану -все подряд возила Мария Васильевна в районный центр и продавала на рынке, и каждую денежку бережно складывала в жестяную коробку из-под печенья. Не для себя складывала – самой ей много ли надо — для единственного сына Валерия, для невестки Зины и для внучки Сашеньки. Сын с женой жили в городе в трех часах езды, навещали мать регулярно. С огородом или живностью не помогали, зато за деревенскими харчами приезжали исправно. Бывало, так багажник машины набьют — аж колеса проседают.

Годы шли и стала Мария Васильевна потихоньку стареть, болеть — то спину прихватит, то ноги крутит, то натруженные руки в суставах сводит, то давление зашкаливает. Постепенно стала она всю животину переводить, в огороде оставила себе пару грядок, а на остальном участке разрешила соседям картошку сажать. Сын Валера в гости наведывался все реже, а его жена Зинаида и вовсе приезжать перестала — взять-то больше с деревенской мамаши нечего.

Когда у бабы Маши стало резко падать зрение — она испугалась, позвонила сыну попросила ее городским врачам показать. Приехал Валера, забрал мать. Зина этому событию не особенно была рада – видеть свекровь, но вида не подала, пригласила освежиться с дороги, накормила. Валерий предложил матери пройти полное обследование. В поликлинике провели целый день, потом в аптеку заехали за лекарствами — возвращаться в деревню было уже поздно. Невестка, узнав, что баба Маша останется на ночь, уже не скрывала своё разочарование, пошла на кухню ужин готовить — так посудой зазвенела, чуть барабанные перепонки не лопнули.

В это время к ним на минутку заглянула пожилая соседка, увидела гостью – обрадовалась:

— Мария Васильевна! Давно же вас тут не было! Надолго приехали? Уже завтра уезжаете? А идемте ко мне — чайку попьем, да посидим.

Проводив мать к соседке Валера заглянул на кухню к жене:

— Зин, я пока матери нет поговорить.с тобой хотел.

Но судя по голосу, этот разговор Зинаиде уже заранее не нравился.

— Мать-то совсем сдала, — начал муж, — в больничке были, так болячек нашли целый букет, ноги говорит, так болят, что ели ходит…

— Так она не молоденькая, чтобы наперегонки бегать-то. Что ты хотел — это старость.

— Вот и я о том же! — Радостно подхватил Валерий. — Квартира у нас 3-комнатная, Сашка с мужем столице живут, сюда вряд ли вернутся…

— Подожди! К чему ты клонишь? — Зинка даже резать морковку перестала. – Ты хочешь сюда ее взять что ли? Ты совсем офонарел? Квартира трехкомнатная, и что?!

— Но не в дом же престарелых? – Валера недоумевал. — Между прочим, в этой квартире пару комнат из мамкиной черешни и клубники сложены, которой она каждое лето торговала!

— Ты попрекать меня еще этим будешь?! — Разозлилась жена. – Мать твоя не чужим людям помогала, а родному сыну и внучке!

— Жестокая ты баба, Зина! — Горестно вздохнул муж. – Думал, заберем мать — будем жить не тужить — у нее дом-то, какой добротный крепкий, на века! Цену хорошую дадут – можно машину поменять, в Турцию отдохнуть съездить…

— Да пусть она подавится своим домом! — Заорала Зинаида. — На недельку за границу сгоняем, а потом я лет десять буду горшки за ней таскать! Рабыню Изауру нашел!

— Да ты что такое говоришь, дурра! – вспылил Валера и вдруг, увидел на пороге Марию Васильевну.

В кухне стало так тихо словно все вокруг оглохли.

— Мам, ты давно тут стоишь? -Пролепетал сын.

— Да я только что вошла. — Ласково улыбнулась мать. – Очки возьму — мы там с Катей альбом смотрим. Да, я совсем забыла, сынок, я ж предупредить вас собиралась. Я тут через месяц в дом престарелых переезжаю — ты мне уж с вещичками помоги.

Валерий не мог вымолвить ни слова. Зато его вторая половина засуетилась:

— Да поможет конечно, и я приеду с ним все что надо погрузим, все перевезем. Вот и правильно решили со своими ровесниками-то веселее жить, чем одной.

Районный дом престарелых, куда заботливый сын с женой привезли Марию Васильевну, вызвал у Валерия противоречивые чувства. Нет спору — персонал замечательный, директор человек добродушный, душевный, сразу видно — к старикам тут относятся с заботой и теплом. Однако само здание приюта давно требовало ремонта. Линолеум в коридорах весь в проплешинах, из окон дует, в комнате отдыха кроме сломанного телевизора и ветхих кресел ничего нет…

Комнатка у Марии Васильевны оказалась маленькая, сырая, кровать продавленная, стулья расшатанные, но мать даже виду не подала, что ее удручает такая обстановка.

— Ничего, мам, — сказал Валерий, — я тебе тут такой ремонт отгрохаю – все обзавидуются, в отпуск пойду и отгрохаю. Ну, давай не скучай, скоро навестим, жди в гости.

О своем обещании Валерий вспомнил только через полгода, когда Зинаида напомнила, что надо что-то решать с родительским домом, сейчас лето — самое время продать.

Директор ничем не упрекнул редких гостей, очень тепло рассказывал о Марии Васильевне.

— Вы, прежде чем на второй этаж подниматься, зайдите в комнату отдыха — может ваша бабушка там с подружками телевизор смотрит. Пойдемте, я вас провожу.

В комнате отдыха матери не было. Оглядевшись вокруг, сын даже присвистнул:

— О, да у вас тут какую красоту навели! Диван и новые кресла, телевизор вон на всю стену, цветочки везде – красотища! В копеечку ремонт обошелся?

— Вашей маме спасибо! — Улыбнулся директор.

— Маме? — Валерий покачал головой. — Она-то здесь причем?

— Так вся эта красота на ее деньги куплена.

— Откуда у бабки такие деньги? — Рассмеялась Зинка, а потом вдруг охнула. – Валера! Это она дом наш продала…

Мария Васильевна со спокойной усмешкой смотрел она разгневанных родственничков, которые наперебой забрасывали ее упреками и обвиняли в эгоизме.

— А что вы так переполошились? Я ж не ваш дом продала, а свой. Имею право! Мне тут хорошо, тепло, весело, вот и захотелось что-то подарить хорошим людям. — Баба маша с хитринкой посмотрела на красную от злости Зинаиду. — Ведь лучше дом продать и народ порадовать, чем им подавиться, правда Зин? Зина опустила глаза и пол и выскочила на улицу.

Изменить уже ничего было нельзя.

Ocтaвив жeну c дeтьми 15 лeт нaзaд, Bacилий cлучaйнo вcтpeтил бывшую cупpугу и нe мoг пoвepить глaзaм

 


Ocтaвив жeну c дeтьми 15 лeт нaзaд, Bacилий cлучaйнo вcтpeтил бывшую cупpугу и нe мoг пoвepить глaзaм

Василий неторопливо шел по парку, наслаждаясь теплыми лучами майского солнца. Листва на деревьях уже успела набраться сил и теперь шелестела от лёгкого ветерка. В воздухе витал аромат цветущих яблонь и сирени. Где-то вдалеке слышались детские голоса. «Мои-то уже совсем большие», — с лёгкой грустью подумал Василий, вспомнив про своих двойняшек, Леру и Дениса.

С тех пор, как он ушёл из семьи, прошло уже пятнадцать лет. Василий помнил тот день, как будто это было вчера. Как он собрал чемодан и сказал жене, что уходит. Что больше так не может. Встретил другую. В тот момент ему казалось, что он поступает правильно. Он достоин любви и счастья. А чувства прошли уже ну и что тут? Отношения их давно изжили себя.

А ведь когда-то казалось, что они будут вместе… Навсегда. Он, молодой лейтенант, только что получивший распределение в далёкий гарнизон. И она, студентка пединститута, случайно оказавшаяся в этом забытом Богом уголке на практике. Их встреча была похожа на кадр из фильма. Он, статный и красивый, в парадной форме. И она, хрупкая и нежная, в легком сиреневом платье в цветочек.

Чувства вспыхнули как пожар. Потом они с Олей поженились. Ну и как у всех — семья, дети. Родились у них близнецы — Лера и Денис. Василий был готов носить жену на руках.

Годы шли. Из наивного лейтенанта Василий превратился в опытного офицера. Он привык к строгой армейской дисциплине и чёткому распорядку. Оля полностью посвятила себя семье. Обычной домохозяйкой стала. И Василий начал замечать, что между ними будто возникла пропасть. Будто чужими стали, говорят на разных языках.

А потом он познакомился с Ириной. В ней была та свежесть, та искра, которой так не хватало Василию в отношениях с женой. Ирина смотрела на него с восхищением, слушала с интересом. Он вновь обрел тот давно забытый вкус жизни и окунулся в новый роман, как в омут с головой.

Ну и решил он — к чему эти их отношения с женой? Зачем мучить-то себя? Решение уйти далось ему легко. Совесть? Нет, совесть не мучила. Он ведь честно всё сказал Оле. Предложил размен, оставил им квартиру. Что ещё нужно? Он даже не пытался представить, как сложится жизнь его бывшей жены. Как она одна справится с двумя детьми. Наверное, найдёт себе какого-нибудь добряка.

С Ириной сначала все было прекрасно: страсть, романтика, свидания. Но со временем эйфория прошла, и начались суровые будни. У Ирины был совсем другой характер, не то что у его бывшей жены. Она была более требовательной, капризной. Ирина привыкла жить на широкую ногу. Ей хотелось красивой жизни, дорогих вещей, путешествий. Василий старался соответствовать её запросам. Он много работал, брал дополнительные смены. Но денег все равно не хватало.

Начались ссоры, скандалы, взаимные упрёки. Ирина постоянно пилила. Упрекала Василия в том, что он мало зарабатывает. Он же ведь должен обеспечить ей достойную жизнь.

И все равно он от Ирины не уходил. Может, ссорились они и часто, но и мирились горячо. В браке у них даже родилась дочь. Но даже появление ребенка не смогло полностью исправить отношения в семье. Ирине все было мало.

Василий изо всех сил старался удовлетворить запросы жены, но все было тщетно. И вот однажды, вернувшись домой пораньше, Василий застал Ирину в постели с другим мужчиной.

А она даже не смутилась и оправдываться не стала. Сказала, что муж ей надоел и она уходит от него. Оказалось, этот любовничек был богатым бизнесменом. Ирина нашла, что хотела…

Василий снова остался один И вдруг понял, что много лет назад совершил ошибку. Разрушил семью ради призрачного счастья… Предал самых близких людей — жену и детей.

И вот, спустя столько лет, он снова здесь. В этом парке он когда-то любил гулять со своими малышами. Сколько всего здесь напоминало ему о прошлом! Вот та самая скамейка, где он наблюдал за бегающими по парку детьми. А вот дерево, на которое пытался залезть Денис, но упал и разбил коленку. Оля еще ворчала на Василия, что недосмотрел за ребенком. Тогда Василий на жену злился, а сейчас эти времена вспоминал с улыбкой.

Василий присел на скамейку, закрыл глаза и глубоко вдохнул. Вдруг так захотелось вернуть все назад. Исправить свои ошибки. Обнять своих уже таких взрослых детей. Сказать им, как сильно он их любит.

Внезапно раздумья прервал чей-то голос.

— Папа?

Василий открыл глаза и увидел перед собой девушку. Высокую, стройную, с длинными русыми волосами. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, полными удивления и… радости?

— Лера? — неуверенно произнес Василий, не веря своим глазам.

Девушка кивнула, и на её щеках появились ямочки. Совсем как у Оли.

— И правда ты! — воскликнул Василий.

С детьми он давно не виделся. Поначалу он исправно платил алименты, и виделся с детьми. Но потом Ирина начала наседать. Зачем он поддерживает «этих». Поддался Василий. Перестал и видеться, и алименты отправлять перестал. Да и как-то отдалился от этой темы. Думал, найдёт Оля себе кого.

Лера подошла ближе и обняла отца.

— А мы тут гуляем, — она улыбнулась. — Ты совсем не изменился, — Лера присела рядом с ним на скамейку. — Только вот… — она дотронулась до его волос. — Поседел немного.

— За пятнадцать лет могу себе позволить, — попытался пошутить Василий, но шутка прозвучала как-то вымученно. — Лер, ты можешь меня простить? — тихо спросил он.

— За что? — не поняла Лера.

— Ну как, за что? За то, что ушёл тогда. Не звонил, не приезжал, — с трудом выговорил Василий.

Лера слабо улыбнулась.

— Мы на тебя не обижаемся. Ну, то есть обижались, конечно, сначала. Но потом простили. Поняли, что так будет лучше для всех.

Василий поднял на неё удивлённые глаза. Неужели дети его простили? После всего, что он натворил? Неужели Оля не настраивала их против него?

— А как… как мама? — выдавил из себя Василий.

— Нормально, — ответила Лера. — Работает в детском саду. Детей очень любит. Ты же знаешь.

Лера помолчала.

— У неё всё хорошо. Есть мужчина, — как бы невзначай добавила она.

Эта фраза резанула Василия по живому. Кто он? Как давно у них всё это? Он сам ушел от жены, а сейчас чувствовал, будто его предали. Василий внутренне усмехнулся. Ну и дурак же ты! И чего ты ждал? Что она будет ждать тебя? Прошло целых пятнадцать лет!

Лера продолжала:

— А у Дениса, кстати, скоро свадьба. Ты, это, позвони ему. Я номер дам. Может, пригласит.

Денису Василий позвонил. Сын отреагировал уже не с такой радостью, как дочь. Но все-таки смогли хорошо поговорить. И Денис Василия пригласил на свою свадьбу. Сердце разрывалось от противоречивых чувств. С одной стороны, ему очень хотелось увидеть сына, познакомиться с его невестой.С другой, он боялся встречи с Олей. Боялся увидеть ее счастливой в объятиях другого.

Но разве у него был выбор?

Когда Василий вошел в зал ресторана, гости уже были в сборе. Играла музыка, официанты сновали между столами. Воздух был смехом и звоном бокалов. Василий чувствовал слегка неловко.

— Папа! — услышал он знакомый голос.

К нему со счастливой улыбкой на лице спешил Денис.

— Привет, сын! — ответил Василий и крепко обнял Дениса.

— Я так рад, что ты смог приехать! Пойдем, познакомлю тебя с Катей.

Катя девушка была красивая. Василий был рад за своего сына. Когда молодожены отошли, мужчина огляделся по сторонам.

Он искал глазами Олю. И в тот же момент увидел ее. Она стояла у окна. На ней было элегантное синее платье. Она почти не изменилась за эти годы.

В тот же момент их взгляды встретились. Он подошел к ней.

— Привет, Оль.

— Здравствуй, Вася, — ответила она спокойно. Будто и не было между ними ничего.

— Ты прекрасно выглядишь.

— Ты тоже неплохо сохранился.

Они немного поговорили о детях, обо всем и ни о чем. А потом к Оле подошел мужчина лет пятидесяти.

— Оль, ты не замерзла?

— Нет, все хорошо, дорогой, — она ласково улыбнулась мужчине. — Познакомься, это Вася. Отец Дениса и Леры.

Мужчина протянул Василию руку.

— Сергей.

Василий пожал мужчине руку. Значит, у них с Олей все серьезно. Он смотрел на счастливые лица своих детей. На Олю, которая светилась от счастья рядом с другим. И было ему так тошно, что хоть на стену лезь. Жизнь, как мозаика, складывается из множества кусочков. И порой мы не замечаем, как своими руками разбиваем эту хрупкую картину. А потом всю жизнь жалеем.

Увидeв в интepнeтe фoтo мужa c мoлoдoй бepeмeннoй нeзнaкoмкoй, Нaдя peшилa нe cкaндaлить…

 



Увидeв в интepнeтe фoтo мужa c мoлoдoй бepeмeннoй нeзнaкoмкoй, Нaдя peшилa нe cкaндaлить…

«Не может этого быть!.. Не может!», — думала Надежда, глядя на фотографию, где молоденькая беременная девица обвивала шею её мужа, сидела у него на коленях и радостно улыбалась. Двадцать пять лет брака… неужели теперь всё коту под хвост? Сердце болезненно сжималось, а Надежда смотрела на снимок, позабыв, что зашла в социальную сеть по просьбе коллеги обновить информацию в их рабочей группе.

Виски сдавило, поэтому пришлось заставить себя встать из-за стола, чтобы выпить успокоительные. В голове не укладывалось, что Аркадий способен пойти на измену. Да только как ещё назвать происходящее? Девушка подписала фотографию «Папик». Ведь действительно он ей в отцы годится! А кого так называют – вполне известно. В последнее время у Аркадия была напряжёнка с деньгами, он говорил, что премии на работе отменили, поэтому пока получает мало, а ведь теперь многое становилось на свои места… нужны были финансы для содержания любовницы? У них и накопительный счёт резко опустел. Надежда не спрашивала, для чего муж берёт деньги, она полностью доверяла ему и знала, что если решил потратить определённую сумму, значит, для дела взял, а не для развлечения, а теперь сильно сомневалась.

Вернувшись за компьютерный стол, Надежда ещё раз с отвращением посмотрела на фотографию и закрыла её. Желания делать что-то не было, но Надя чувствовала ответственность – пообещала ведь коллеге, не могла теперь просто закрыть всё и уйти, поэтому женщина отвлеклась на обновление информации, полностью отрешившись от увиденного. Закончив с работой, она быстро написала коллеге сообщение в мессенджере, отключила телефон и пошла на кухню. Приготовление ужина частенько успокаивало, поэтому Надежда решила заняться им, лишь бы вытравить из головы неприятные мысли, которые теперь носились там, как голодные тараканы.

Услышав, как открывается дверь в квартиру, Надежда выглянула в коридор. Вернулся Максим, приёмный сын, которого супруги взяли из детского дома совсем малышом. Правду от Максима скрывать не стали, но он благодарил своих родителей за то, что дали ему шанс вырасти в семье, любил их и считал своими единственными родными людьми.

— Ты сегодня рано, — улыбнулась Надежда, да только улыбка получилась вымученная.

— А я ненадолго забежал, мамуль. Мы с ребятами сейчас пойдём в шахматный клуб. Задержусь допоздна. Вы с папой ужинайте без меня. Парни пиццу заказали. Хотим перед соревнованиями потренироваться ещё немного. Нужно ведь заставить извилины шевелиться. – Максим помедлил, а потом нахмурился и серьёзно посмотрел на Надежду: — А что с тобой такое? Какие-то проблемы? Ты мрачнее тучи.

— Нет-нет, всё хорошо. Устала сегодня. Жара давит, я же всегда мучаюсь, когда на улице такое знойное солнце. Не переживай. Всё хорошо. Удачи вам с ребятами.

Надежда скрылась на кухне и вернулась к приготовлению ужина, хоть и не понимала, для кого всё делает… Как пройдёт их разговор с Аркадием? Мужа Надежда любила всем сердцем. Они столько лет прожили вместе, были счастливы, и теперь уже она никак не могла представить свою жизнь без него. Как они будут друг без друга? Впрочем, он-то уже нашёл свою отраду. Да только нужен ли он молодой любовнице – оставалось вопросом.

Максим переоделся и довольно скоро ушёл, а Надежда села за стол и стала дожидаться возвращения мужа. Она во всех деталях представляла себе разговор с Аркадием, думала, как скажет ему, что всё знает. Могла бы и не говорить, конечно, сделать вид, что ничего не увидела, да только она всегда оставалась прямым человеком. Не вышло бы попросту лгать и улыбаться, когда тебе известна правда. Да и зачем это нужно? Не получится уже как раньше, ведь осадок никуда не исчезнет, а жить с предателем уже не получится.

Муж вернулся домой с букетом лилий. Он знал, что это любимые цветы Надежды, и частенько покупал именно их, но время от времени отдавал предпочтение другим, говоря, что хочет радовать жену разнообразием. Букеты муж дарил часто, поэтому ничего странного в этом жесте Надежда никогда не видела, а теперь подумала – вдруг, покупает их, возвращаясь от любовниц? И сколько у него таких было? Сердце болезненно сжалось… который уже раз за этот день.

— Как вкусно пахнет! Каждый раз с восторгом возвращаюсь домой, где меня ждёт вкусный ужин и любимая семья, – с мечтательной улыбкой произнёс Аркадий. Он вручил букет жене, поцеловал её в щёку и улыбнулся. – Соскучился по тебе ужасно. Сейчас я руки помою и вернусь. Голодный как волк.

Надежда поставила букет в вазу, пока муж переодевался и мыл руки. Она старалась держаться, чтобы не вылить на мужа все свои эмоции. Никогда нельзя в порыве злости разговаривать с родными людьми. Двадцать пять лет брака – это не шутки. Даже если муж изменял ей, то ради всего, что между ними было, она должна была оставить к нему хоть какое-то уважение.

Разложив ужин по тарелкам, Надежда села за стол.

— Надюшка, а ты чего такая грустная сегодня? На работе какие-то трудности? – спросил Аркадий, присоединившись к супруге.

— Я всё знаю… — отрешённым голосом ответила женщина, взглянула на мужа и молчаливо поджала губы. – Я всё знаю, Аркаш. Нет больше смысла скрывать что-то от меня. Ты же понимаешь, что это не твой ребёнок?

Его любовница могла сколько угодно обманывать мужчину, называя свою беременность чудом, но он не мог иметь детей. Именно по этой причине в своё время они с Надеждой решили усыновить ребёнка из детского дома. Супруги посетили не одного врача, проходили лечение, но потом получили диагноз, от которого нельзя было отвернуться: у Аркадия бесплодие. И вот теперь он красовался на фотографии с беременной девчонкой, словно поверил ей, что она действительно вынашивает его ребёнка. На мгновение голову Надежды посетила мысль, что это просто какая-то глупая шутка, а девушка – дочка его хорошего друга… Коллега. Да только коллеги не целуют и не обнимают вот так. Фотография для снимка с коллегой получилась слишком интимной. Чересчур!.. И для чего было отмечать Аркадия на фотографии? Наверняка любовница знала, что он редко появляется в социальной сети и хотела показать жене, что её муж неверный, чтобы увести из семьи. А на что рассчитывала дальше?

— Боюсь даже спрашивать, откуда ты всё узнала, мой Шерлок… Но я, конечно, подозреваю, что меня пытаются обмануть. Я обещаю тебе, что во всём разберусь.

— Так просто? Даже не будешь говорить, что это не то, о чём я подумала?

— А какой смысл врать? Тебе ведь уже всё известно стало. Я просто не хотел заставлять тебя нервничать, поэтому ничего не рассказал. Связался с ней по глупости, а теперь вот… не думал даже, что придётся расхлёбывать последствия.

Надежде хотелось взвыть от отчаяния. Наверное, глубоко в душе она всё-таки рассчитывала, что муж оправдается, скажет, что он не изменял ей, но он только подтверждал услышанное. Его слова бились в голове, не желая останавливаться. Они повторялись снова и снова.

— Я сказал, что хочу сделать тест ДНК, но она отказывается. А какой тут разговор может идти вообще? Если бы была уверена в своей честности, то не стала бы спорить и сделала тест. Ведь правильно?

Надежда горестно ухмыльнулась, всхлипнула и покачала головой.

— Что же тебя под старость лет-то на приключения потянуло? Она же тебе в дочери годится! – вспыхнула Надежда, не в силах больше держать в себе обиду. – Никогда бы не подумала, что ты на такое способен!..

— В какие дочери, Надь? Ты о Лене говоришь? Она же выглядит гораздо старше тебя сейчас! Ну ты даёшь, конечно.

— У тебя ещё и Лена какая-то есть?.. Просто прекрасно! Я говорила о Светлане, девчонке, которая сидела у тебя на коленях, подписала вашу фотографию «Папик»…

— Подожди, Надюша… ты действительно всё не так поняла. Света и есть та дочь, которую на меня пытаются свесить. Я-то думал сначала, что ты про Лену узнала… Не знаю, как она нашла меня, но предъявила, что у меня есть взрослая дочь, нуждающаяся в отце. Я не хотел с ней встречаться, но она притащила Свету к моему офису, а та пристала, как банный лист, радостная такая, мол, с отцом встретилась. Беременна она, просит поддержки, потому что отец ребёнка сбежал. В общем, я всего один раз с ней в кафе посидел. Она попросила сфотографироваться, я тогда даже предположить не мог, что на колени ко мне сядет и обниматься начнёт, сказал ей прямо, что я сомневаюсь в нашем родстве, да и детей у меня быть не может, но Лена кричит, что у неё никого кроме меня не было, требует хотя бы сейчас не отталкивать дочь, у которой депрессия на фоне беременности. Я своё слово им сказал: либо делаем анализ ДНК, либо пусть на моём пути больше не появляются. Не думал, что она какие-то фотографии ещё выставлять будет. Может, это план такой был, чтобы нас с тобой рассорить? Думаю, нам следует проучить их.

У Надежды тяжёлый камень рухнул с сердца. Она расплакалась, не в силах держать эмоции при себе. Аркадий встал со стула, подошёл к жене и обнял её.

— Ну ты чего, глупенькая? Мы же с тобой как пингвины – вместе навсегда. Я никогда не смотрел в сторону других женщин после встречи с тобой, а с Леной у меня отношения по молодости были, когда ещё студентом был, да и то недолго мы с ней встречались. Она сбежала тогда к более успешному и заявила, что не хочет знать меня больше, а я и не страдал. Чувствовал, наверное, что моё счастье обязательно меня найдёт.

Аркадий решил проучить свою бывшую возлюбленную вместе с её дочерью. На следующий день он написал Светлане, что хочет встретиться с ней в кафе и поговорить о помощи ей. Попросил, чтобы приехала она одна, так как говорить в присутствии её матери – невозможно. Светлана примчалась радостная, чмокнула мужчину, но он тут же смерил её полным гнева взглядом.

— Попрошу соблюдать приличия, ведь мы совершенно чужие друг другу люди, Светлана.

— Как чужие? Ты же сказал, что признаёшь своё отцовство и согласен помочь! Что за шутки у тебя такие? Мне ведь волноваться нельзя! Ребёночку навредить может!

— Если бы тебе действительно нельзя было волноваться, ты бы никогда не стала ввязываться в эту авантюру, Света. А теперь скажи мне, зачем вы всё это задумали? Хотели разрушить мой брак? Лжи я больше не потерплю. Если не будешь прямо отвечать на мои вопросы, я обращусь в полицию и обвиню вас с матерью в мошенничестве.

Светлана не на шутку перепугалась. Она принялась всхлипывать, пыталась надавить на жалость, но быстро поняла, что на Аркадия эти штучки не действуют.

— Я действительно собирался утром обратиться в полицию, но решил дать тебе шанс, потому что ты беременна и вроде бы пока ещё далеко отошла от своей матери. Зачем Лена всё это придумала?

— Она хотела, чтобы вы снова были вместе. Мама тосковала по вам, Аркадий. Она любила вас. У неё не сложились ни одни отношения после, и она часто вспоминала о вас…

— Ложь! – прикрикнул Аркадий, но мгновенно взял себя в руки, потому что в их сторону стали коситься другие посетители. – Это наглая ложь. Я хочу знать правду.

— А правда в том, что она узнала о твоих успехах. Решила вернуть тебя себе любым способом. И мне денег дала, чтобы я разыграла влюблённую дочку, которая мечтала о своём отце. Я думала, что от тебя какая-то помощь будет, а ты мелочный… впрочем, как и все мужики. Как уж тебя твоя жёнушка терпит, непонятно… Наверное, вы два сапога пара. И хорошо, что ничего не получилось. Тошно улыбаться и радоваться родству, которого у нас нет, и никогда не было.

Светлана подскочила со стула и быстро удалилась, а Аркадий потёр виски и покачал головой. Он в который раз убедился, как сильно ему повезло с женой. Другая на месте Надежды наверняка закатила бы истерику, кричала бы и обвиняла во всех смертных грехах, выкидывала вещи с балкона, но женщина отнеслась с уважению к их прошлому и чувствам, которые они испытывали друг к другу.

Мужчина вернулся домой и крепко прижал к себе жену, рассказав обо всём, что узнал от Светланы.

— Я предполагал, что всё примерно так, только подтвердил свои догадки. До чего же подлыми бывают люди… Просто голова кругом.

— Понимаю. А ты им много денег дал? Помогал, да? Я не спрашивала, куда ты берёшь из накоплений, но ведь немало денег ушло… Я не буду ругаться, если поначалу ты поверил и помогал им, — осторожно начала разговор Надежда.

Аркадий улыбнулся, поцеловал жену в висок и отошёл от неё.

— А это радостная новость, которую я хотел рассказать вчера, но не стал этого делать, потому что она не воспринялась бы так радостно. В общем, я же тебе говорил, что хочу своё дело открыть? У меня всё получилось, Надя! Разрешение выдали быстро через знакомого. Я боялся, что что-то пойдёт не так, поэтому сразу не говорил, чтобы обнадёживать. Работа пошла. Клиенты появились. Так что скоро сможем Максиму квартирку купить, путешествовать будем… заживём ещё лучше.

Надежда обрадовалась и похвалила мужа.

— Не меня хвалить надо, а тебя… без такой жены я бы ничего не достиг в этой жизни. И я никогда не устану говорить об этом!
Подписаться на: Сообщения (Atom)