Aктpиca Киpa Гoлoвкo: "Мoглa ли я ceбe пpeдcтaвить, чтo выйду зaмуж зa aдмиpaлa, чтo мнe дoвeдeтcя тaнцeвaть c Poкoccoвcким..."

 

Кира Головко в роли графини Ростовой и Людмила Савельева. Кадр из фильма "Война и мир"

Aктpиca Киpa Гoлoвкo: "Мoглa ли я ceбe пpeдcтaвить, чтo выйду зaмуж зa aдмиpaлa, чтo мнe дoвeдeтcя тaнцeвaть c Poкoccoвcким..."

"Я никогда не любила военных и не разбиралась в чинах. Правда, студенткой почему-то вырезала из газеты портреты военачальников Жукова, Рокоссовского и Кузнецова и пришпиливала их кнопками на дверцу шкафа. Могла ли я себе представить, что впоследствии выйду замуж за адмирала, что мне доведется танцевать с Рокоссовским и жить в бывшей квартире Кузнецова!" - говорила Кира Николаевна.

В роли Натали Пушкиной в спектакле.

Кира Николаевна Головко прожила долгую и удивительную жизнь. Она была легендой МХАТа, на сцену которого выходила до последних дней жизни. Обладая на редкость жизнерадостным характером и добротой она оставила о себе прекрасную память.

Кира Иванова родилась в Ессентуках 11 марта 1919 года в семье военного (он был бывшим офицером царской армии). Дед Киры был доктором медицинских наук, а прадед - архитектором. Немало его строений до сих пор украшают Санкт-Петербург. Кира - внучатая племянница известного поэта Вячеслава Иванова.

В семье говорили на французском, если речь шла о чем-то возвышенном, на немецком, когда обсуждались бытовые проблемы. Кира свободно владела этими языками.

В тридцатых годах семья переехала в Москву. Ее отец играл на скрипке и прекрасно пел, мама также обладала красивым голосом, играла на рояле. Домашняя обстановка располагала к тому, что с детства Кира любила изображать артистку - ее "публикой" в то время становилась бабушка.

Кира Головко. Кадр из фильма "Свет над Россией"

В школьные годы участвовала в самодеятельности: пела, декламировала, исполняла роли в отрывках из пьес. Школьницей Кира написала письмо самому Станиславскому и попросила дать напутственный совет по поводу актерской профессии, но Константин Сергеевич ей не ответил, хотя на полях сделал заметки и кое-что выделил в тексте. Ее письмо с пометками Станиславского хранится в музее театра.

Школу девочка окончила с золотой медалью. Кира поступила в Институт философии, литературы и искусства на факультет русской литературы. А осенью того же года был объявлен дополнительный набор в школу-студию МХАТ. Тайно от родителей девушка отправилась на экзамены. Экзаменаторами были Павел Владимирович Массальский и Борис Аркадьевич Мордвинов. Кира для конкурса самостоятельно выбрала монолог Катерины из "Грозы", пушкинский "Анчар" и любимую "Гренаду" Светлова.

Массальский послушал ее и произнес: "У вас буква "с" неблагополучна". Девушка удивилась: Массальский сам "свистел" во всю! На втором туре абитуриентов смотрела большая комиссия. За столом сидели все основоположники: Москвин, Сахновский, Топорков. Телешева, Кнебель и прочие мхатовские дамы строго смотрели на поступающих в лорнеты. Кира совсем растерялась: на ней была старая юбка, стоптанные туфли и еще вдобавок она "свистела". Массальский, до этого поймав Киру в фойе, дал совет: "Иванова, ради Бога, не читайте вы этого Светлова, сразу переходите к Катерине!"

"Ну-с, барышня, чем вы нас порадуете?" - обратился к ней один из членов приемной комиссии. Она начала читать монолог Катерины и как только подошли слезы, ее остановили: "Довольно, девушка, больше не надо!"

Придя домой, Кира легла на кровать, отвернувшись к стене. Взволнованная мама спросила: "Что случилось?" Тут Кире пришлось признаться. На следующий день мама Киры отправилась узнать результаты экзаменов. Кира была принята.

Через год ее приняли актрисой вспомогательного состава театра. Актерская жизнь Киры начиналась с закулисной жизни: она щебетала птичкой, устраивала шум в печке, курлыкла за журавлей, имитировала шум пожара.

Школы-студии еще не существовало, она появилась только в 1943 году, но воспитанием молодых артистов корифеи труппы занимались постоянно. В перерывах между репетициями у начинающих артистов были занятия. Иванов преподавал сценические движения, Шаломытова - танец, Сарычева - речь, Кипервар - голос. Кира сутулилась, и ей выдали палку, чтобы развернуть плечи, а для постановки речи были скороговорки, которые нужно было твердить, твердить и твердить.

В роли княгини Вяземской в спектакле "Трудные годы, или Смерть Иоанна Грозного"

Однажды Владимир Иванович Немирович-Данченко увидел за кулисами молоденькую хорошенькую, большеглазую артистку. Он заинтересовался, кто это? Кира смутилась и ответила, что она "играет Пожар".

Он засмеялся и сказал: "Как занятно. Когда вы станете большой актрисой, обязательно напишите в мемуарах о нашей встрече и, главное, что вы в моем спектакле "Три сестры" играли роль Пожара".

Кстати, сохранились дневниковые записи Владимира Ивановича, где есть строчки о ней: "В Кире Ивановой определенно что-то есть!"

Родители переживали, а Кира не отчаивалась и ждала своего звездного часа. Наконец, ее имя стало появляться в театральной программке, Кира Иванова сыграла Наташу - "На дне", Натали Пушкину - "Последние дни", Долли - "Анна Каренина", Ольгу - "Три сестры" , Турусину - "На всякого мудреца довольно простоты", Зинаиду Саввишну - "Иванов".


С 1946 года Кира стала сниматься в кино. Ее дебют - роль Анны Керн в фильме "Глинка". За эту работу в 1947 году она получила Сталинскую премию.

Играла в картинах "Первоклассница" (Нина Васильевна, мама Маруси), "Председатель" (жена Егора Трубникова), "Война и мир" (графиня Ростова), "Цветы запоздалые" (княгиня Приклонская), "День за днем" (Кира Николаевна), "Артистка" (Ираида Эдуардовна) и других.

На роль графини Ростовой Сергей Бондарчук до Киры Николаевны пробовал и Добржанскую, и Гоголеву. Но остановил на ней свой выбор. Она была благодарна мэтру за оказанное доверие и еще за то, что встретилась на съемках с любимым Кторовым, который блистательно сыграл роль старика Болконского, и с молодым Олегом Табаковым, сыгравшим по фильму ее сына. Лучшую графиню Ростову, чем Кира Николаевна, трудно себе представить - она была какая-то мягкая, теплая, мудрая, символ - ключ к пониманию семьи Ростовых...

Олег Табаков, кстати, в 83 года позвал в свою труппу. Кира Николаевна спросила тихо: "За что?" Олег Павлович ответил: "Я вас люблю! И потом я ваш сын, графиня Ростова!" Она умела ценить дружбу.

Кира Головко. Кадр из фильма "Война и мир"

С 1956 года Кира Николаевна преподавала в Школе-студии МХАТ. У нее учились Николай Караченцов, Наталья Егорова, Борис Невзоров.

У Киры Николаевны было много поклонников, но настоящая любовь пришла к ней в 1948 году после знакомства с самым молодым адмиралом СССР Арсением Головко - легендой Северного флота, командование которым он принял в возрасте 34 лет. Кира была покорена его искренностью, заботливостью, добротой.

История их любви заслуживает отдельного упоминания. У Киры был мучительный и долгий роман с женатым человеком. Заместитель директора театра Игорь Владимирович Нежный однажды поинтересовался: "Кира, а правда, что ваш роман закончился?" - "Да!" - "Боже мой! Да я вас выдам замуж! У меня есть прекрасный жених!"

Арсений и Кира Головко с сыном Мишей. Фото: teatral-online.ru

Через несколько дней Нежный, который был женат на артистке немого кино Анеле Судакевич, пригласил Киру на семейный обед. Кира долго не хотела идти, но ее упросила сестра: " Так и просидишь в девках! Иди".

За роскошно накрытым столом сидели два адмирала: один кучерявый, громкий, картавящий, бесконечно рассказывающий анекдоты и байки, а другой скромно молчал. Кира подумала про второго: "Этот гораздо милее, скромный и тихий..."

У Киры был вечером спектакль и кудрявый адмирал бойко предложил: "Давайте я вас подвезу!" Она гордо ответила: "Нет, благодарю!" В этот вечер она играла в спектакле "Последние дни". Когда Кира вышла на поклон, то увидела: кудрявый идет по проходу и фамильярно делает ей ручкой. В глубине души она возмутилась: какой нахал! Сейчас, конечно, подкатит на своей машине с букетом, начнет руки целовать, приставать. Знаем мы таких!

Разгримировалась, но не забыла попудриться и тронуть губы помадой, и вышла на улицу. Кроме редких прохожих на улице никого не было. Посмеявшись над собой, она пошла на трамвайную остановку. У нее было качество, не свойственное людям элиты, к которой она всегда принадлежала - она умела посмеяться над собой и делала это живо и весело.

Кадр из фильма "Первоклассница"

На следующий день Кира с коллегой отправилась на каток. Катаясь на коньках, она сильно натерла ноги. Когда она вернулась домой, позвонил Нежный и пригласил Киру с коллегами на адмиральскую дачу, к кудрявому адмиралу. Она отправилась туда с заклеенными пластырем пятками, в шерстяных штопанных носках, туфлях без задников и в шубке. Арсений потом сказал, что его сразили заштопанные носки. Он тут же подарил ей теплые новые носочки.

В этот вечер на адмиральской даче они много говорили. Арсений Головко рассказал Кире свою непростую историю любви к балерине Нине Вячеславовне Горской. Нина была женой актера Бориса Чиркова. Арсений Григорьевич от любви к ней чуть не застрелился. Сталин был недоволен романом своего любимца и потребовал от окружения подобрать ему хорошую жену.

Нину арестовали уже после разрыва их отношений. Поводом было ее официальное знакомство с английским военно-морским атташе. Кстати, в это же время были арестованы и Зоя Федорова, и Татьяна Окуневская.

Вскоре адмирал сделал Кире предложение. В период ухаживаний адмирала за Кирой ведущая актриса МХАТа Ангелина Степанова сказала: "Пока ваш Арсений официально не женится на вас, я не смогу вас у себя принимать". Хотя у замужней Степановой был роман с Николаем Эрдманом. Вскоре Кира и Арсений поженились.

В 1950 году у семейной пары родился сын Михаил. После рождения первенца Сталин лично поздравил Киру Николаевну и подарил ей розы и мешок грецких орехов.

А Арсению Григорьевичу сказал: "Товарищ Головко, у вас сын родился? Думаю, вам необходима большая квартира!" И они переехали в пятикомнатную квартиру, которую до них занимал адмирал флота Николай Кузнецов. Оттого, что Николая Кузнецова обвинили в сотрудничестве с американской разведкой и арестовали. Оттого, что им предстояло жить в его квартире, семье Головко было не по себе.

В 1953 году в семье Головко родилась дочь Наташа. После того, как произошла авария с кораблем, проект которого принимал адмирал Головко, Сталин гневно кричал и отправил Головко служить на Балтику. В 1954 году вместе с мужем Кира Николаевна переехала в Балтийск, была ведущей актрисой Калининградского драматического театра.

Мужа Киры Николаевны не стало рано. Он умер в 1962 году. В 1961 году Арсений Григорьевич входил в комиссию по расследованию причин аварии атомной подводной лодки "К-19" и лично несколько раз спускался в отсеки. Считалось, что адмирал получил большую дозу радиации и через год его не стало.

Сын Михаил, няня, Кира Николаевна, дочь Наташа и подруга Киры Николаевны.

Остались дети и внук. Сын - Михаил, который пошел по стопам отца, став офицером ВМФ, капитаном 1 ранга.

Дочь - Наталья, которая пошла уже по стопам матери и стала актрисой.

Внук - Кирилл Александрович Головко-Серский, советский и российский актер театра и кино.

Скончалась Кира Николаевна Головко 16 августа 2017 года, пережив мужа на 55 лет. Ей было 98 лет. Она сыграла в кино больше сорока ролей, но главным в ее творческой жизни всегда был и оставался театр. Неудивительно, что Кире Николаевне доставались роли княгинь и графинь.

Кира Николаевна Головко

Кира Николаевна выпустила автобиографическую книгу "Адмиральша" в 2012 году.

Лeйтeнaнт xoтeл жить, нo нeмцы убивaли кaждoгo, ктo к нeму пpиближaлcя. Тo, чтo cдeлaлa мoлoдaя caнитapкa, зacтaвилo opудия зaмoлчaть




Лeйтeнaнт xoтeл жить, нo нeмцы убивaли кaждoгo, ктo к нeму пpиближaлcя. Тo, чтo cдeлaлa мoлoдaя caнитapкa, зacтaвилo opудия зaмoлчaть

Он лежал на нейтральной полосе. Раненый, истекающий кровью, совсем молодой лейтенант. До своих — считанные метры. Но именно и стали смертельной ловушкой.

Двоих санитаров, пытавшихся его вытащить, убили. Овчарок, которых послали следом — тоже. Немцы держали поле под прицелом и не подпускали никого.

Лейтенант хотел жить. Но помочь ему было невозможно. Пока из окопа не вышла хрупкая девушка.

Девчонка, которую не хотели брать на фронт

Мария Кухарская родилась в 1921 году в Одесской области. Когда началась война, ей не исполнилось и двадцати. Но она твёрдо решила: не останусь в стороне. Пошла в военкомат — не взяли. Пошла снова. Уговорила, убедила, чуть ли не силой пробилась в одну из дивизий.

Своих родных она больше никогда не видела — все погибли при бомбёжке.

Поначалу Машу не воспринимали всерьёз. Но очень скоро изменили мнение. Она была храброй до отчаяния, лезла в самое пекло, вытаскивала раненых из-под пуль. Со временем ей доверили командование взводом. Солдаты звали её просто Маша или Маруся — и души в ней не чаяли.

За всю войну Кухарская вынесла с поля боя почти пятьсот бойцов. Сама не раз была ранена, но каждый раз возвращалась в строй.


«Кухарскую не трогать!»

На фронте случалось всякое. Однажды в их часть прибыл молодой офицер. Увидел Марию и позволил себе грязную шутку.

Она подошла, спокойно попросила повторить. Офицер усмехнулся: «Я перед какой-то девчонкой отчитываться не буду». Маша недолго думая выхватила пистолет и приложила обидчика по голове. Тот рухнул как подкошенный.

Слух дошёл до командира дивизии. Всё разобрали, поняли, кто прав, а кто виноват, — и командир действия девушки одобрил. После этого, когда в часть присылали новое пополнение, их сразу предупреждали: «Кухарскую лучше не трогать».

Эта хрупкая девушка всегда умела за себя постоять.

Песня, которая остановила бой

В конце 1942 года под Сталинградом гремели самые ожесточённые бои. На поле боя, прямо на нейтральной полосе, лежал тяжелораненый лейтенант Константин Худов.

До него пытались добраться — двоих санитаров убили, овчарок тоже перебили. Немцы не подпускали никого.

И тогда Мария приняла решение — безумное, отчаянное, единственно возможное.

Она сняла ушанку, встала в полный рост и запела. Сначала тихо, потом всё громче. Это была песня «Я на подвиг тебя провожала» — в то время она была особенно любима на фронте.

И случилось невероятное: огонь стих. Не рванул ни один снаряд, не раздался ни один выстрел. Немцы, которые ещё минуту назад поливали позиции свинцом, опустили оружие и слушали.

Мария подошла к лейтенанту, положила его на санки и, не переставая петь, повезла к своим. Только когда она добралась до окопов, стрельба возобновилась.

Вот так, одной песней и невероятной силой мужества простая санитарка совершила то, на что никто не отважился: одной песней остановила войну на несколько минут.

Любовь и брак «по приказу»

Когда Мария вернулась в свою часть, туда же прислали нового политрука — Николая Смирнова, заместителя командира пулемётной роты. Он был храбрым, уже имел орден Красной Звезды. Как именно они полюбили друг друга, история умалчивает. Но факт остаётся фактом: несмотря на тяжёлые бои и редкие встречи, между ними вспыхнуло сильное чувство.

Пожениться они решили уже после Сталинградской битвы. Командир батальона был против: боялся, что семейные дела помешают службе. Но молодые всё равно сходили в сельсовет и расписались.

Когда об этом узнал командир полка, он не стал ругаться. Наоборот, поздравил и сказал: «Справка из сельсовета — это хорошо, но нужно что-то посолиднее». И вписал в приказ отдельный параграф: об утверждении брака заместителя командира роты Смирнова и командира санитарного взвода Кухарской.




Мирная жизнь и медаль от Красного Креста

Мария и Николай прошли войну до конца. Оба были ранены, оба выжили. После победы они ещё некоторое время служили в Австрии, а потом вернулись на Родину.

Поселились в городе Кокшетау. Мария Петровна прожила там почти тридцать лет. Уже на заслуженном отдыхе она вела активную общественную работу, была членом областного Совета ветеранов.

В начале 1970-х годов Международный Комитет Красного Креста отметил её заслуги высшей наградой для медсестёр — медалью Флоренс Найтингейл. Эту медаль вручают за исключительное милосердие и самоотверженность. Среди советских женщин её получали немногие.

Прожила Мария долгую и достойную жизнь. Её не стало 25 сентября 2010 года.

Шoфёp Жукoвa paccкaзaл пpaвду: кaк мapшaл вoдил мaшину нoгoй, пил oдин paз в жизни и oткaзaлcя oт дeнeг Бepии





Шoфёp Жукoвa paccкaзaл пpaвду: кaк мapшaл вoдил мaшину нoгoй, пил oдин paз в жизни и oткaзaлcя oт дeнeг Бepии

Вы знаете, что самое обидное в Жукове? Не то, что вокруг него споры. Споры — это нормально, людям нравится ткать вожжи в прошлом и подкармливать мифы. Самое обидное другое: образ маршала часто лепят те, кто его почти не видел. Одни видели сверху — из кабинетов, другие — снизу — из слухов. А мне всегда хотелось услышать голос человека, который был рядом буквально каждый день… и при этом не писал мемуары “как положено”, а просто однажды взял и сказал: «Я могу кое-что рассказать». И вот тут начинается самое интересное.

Знакомьтесь: Александр Николаевич Бучин. Шофёр, простой человек, которому на всякий случай присвоили звание лейтенанта ГБ — видимо, чтобы машина и документы не задавали лишних вопросов. Но мне нравится в таких историях не формальности, а детали. Потому что детали — как отпечатки пальцев: по ним узнаёшь правду, даже если кто-то пытается её отмыть.

С чего всё началось? Бучина призвали ещё до войны, он был с правами — и поэтому возил комдива. А потом устроился в наркомат ВД: там уже ездят не просто так, а “куда надо”. Во время войны его перевели в обслугу Жукова. Сначала — охрана, сопровождение, всё как обычно у людей, у которых жизнь подменяется маршрутом. Но однажды случилось то, после чего всё резко стало по-другому.

Сентябрь 1941-го. Линия обороны, бомбёжка, и Бучин за рулём. Он ловко уворачивается от авиации на “эмке”. Казалось бы, повезло — ан нет: на следующий день ему сказали, что теперь он возит Жукова. Вы понимаете, какая это ответственность? Это как если бы вас внезапно назначили “человеком, отвечающим за то, чтобы маршал доехал до точки Х и не устроил драму”. И да, Жуков не был из тех, кто “пожалуйста, пожалуйста, медленнее”. Маршал сам не водил, но характер — водил всегда.

Он любил “с ветерком”. Если казалось, что едут медленно — в сапоге находилась нужная кнопка: он нажимал ногой на педаль газа водителя. Если же скорость казалась ему неоправданной — звучало одно слово: “Укороти”. И главное, что меня особенно цепляет: за всё это время, по словам Бучина, в аварии они не попадали. На фронтах — да на ухабах, где “эмка” скакала, как козел, да ещё без отопления. Но логика была одна: Жуков считал, что скорость и безопасность — это не противоречия, а дисциплина. И, простите, кто в здравом уме спорит с дисциплиной в исполнении маршала?

А дальше — международный автопарк войны. В декабре 1941-го Бучин отправляется в брошенное немецкое посольство и находит “Хорьх”. Два года катали на нём по военным дорогам. Осенью 1944-го в Софии — трофейный “Мерседес”, и именно на нём Жуков въезжает в Берлин: город берут наши войска — а маршалу нужна машина, которая подчеркнёт не статус, а факт. Бучин отмечает и ещё одну деталь: акт о капитуляции маршал подписывать ездил на “Паккарде”. Как по мне, это звучит почти кинематографично: один маршал — и разные автомобили под разными смысловыми кадрами истории.

Парад Победы 24 июня 1945-го. Бучин привозит маршала — и тот, оказывается, обращался к нему всегда “на ты”, но непременно по имени и отчеству. Представляете? Человек, который мог бы держать дистанцию “вы-светлость”, почему-то выбирал человеческое обращение к водителю, которому едва за двадцать. В этой точке мне хочется сказать: вот именно так и работает уважение — оно не кричит, оно просто проявляется в мелочах.

Есть в рассказе Бучина и то, что, как будто, нарочно бросают как красную тряпку тем, кто любит придумывать “не такой Жуков”. Он вспоминает: пьяным Жуков был только один раз. Заехал в штаб Чуйкова и попал на праздник, вышел “в стельку”, обнял Бучина и сказал: “Сашка! Я тебя люблю”. А потом… уснул. История нелепая? Да. И именно поэтому убедительная: слишком уж она человеческая, без позы, без выгоды для свидетеля.

И вот дальше — самое напряжённое: провокации. По словам Бучина, спецслужбы уговаривали его докладывать о поездках и разговорах маршала. То есть пытались превратить водителя в “глаза” и “уши”. Но он не поддавался. В Берлине ему предлагали деньги — много. Деньги якобы разрешил взять Берия. И тут уже встает не вопрос “сколько”, а вопрос “почему не взял”. Потому что Жуков отказался? Или потому что Бучин отказался? Скорее вместе: маршал понимал, чем это грозит, и не хотел становиться чьим-то чужим инструментом.

После опалы Жукова — Одесса. Бучин возит и тогда. А в 1948-м его вызвали в Москву — и их пути пришлось разъединить. В 1957-м Хрущёв снял Жукова со всех постов. И Бучин тогда позвонил маршалу. Тот позвал к себе в гости… и, говорит, делал это ни раз. Не похоже на человека, которого “все забыли”, правда?

И вот что я оставляю в интриге до конца — тот самый факт, который хочется услышать, но который редко подтверждают “сбоку”. Смотрите: Бучин не только ездил с Жуковым — он сам говорил, что его постоянно склоняли докладывать, пытались купить, а деньги предлагали не абстрактно, а в Берлине. И по его свидетельству, Георгий Константинович не просто отказался — он запретил брать эти деньги, понимая последствия, поэтому попытки “взять на крючок” были сорваны.

Когда вокруг Жукова столько легенд, хочется просто спросить: “А где те люди, которые были рядом и видели?” Бучин оказался таким человеком. И самое смешное (если здесь вообще можно смеяться): история не о том, что маршал был легендой, а о том, что легенды рушит не критика — их рушат детали. А детали говорят: уважение, человеческость и принципиальность там тоже были… просто не в формате плакатов, а в формате: “Укороти!” и “Сашка! Я тебя люблю”.

Иcпopчeннaя cупpугa



Иcпopчeннaя cупpугa

Покрасневший Николай стоял, опустив голову. Слушать о похождениях жены было невыносимо, но он, как благородный человек, не хотел мешать ей быть счастливой. Еще недавно он писал Маше: "Единственная, которую я могу истинно любить, это ты, и я клянусь тебе, что эта любовь будет вечною…".

Теперь эти слова казались нелепыми. Он сильно ошибся, беря в жены бедную девицу. Ему казалось, что Маша поддерживает его жизненные идеалы, а ей нужны были только балы, веселье и поклонники...

Маша появилась на свет в 1817 году. Ее отцом был саратовский помещик Лев Яковлевич Рославлев. Вскоре после рождения дочери, помещик разорился. Денег стало совсем мало, поэтому было решено отправить маленькую Машу на воспитание к дяде — влиятельному саратовскому губернатору Александру Алексеевичу Панчулидзеву.

Павел Васильевич Анненков писал о Маше:

Марья Львовна … росла и воспитывалась в богатом доме, обедневшем по
"непредвиденным обстоятельствам". …Очутившись со скудными средствами и в зависимости от посторонних лиц, она устраняла поползновения общества смотреть на неё горделивым и презрительным обращением с людьми, резким и чересчур иногда откровенным словом…

Время шло. Маша превратилась в изящную, стройную брюнетку. Рославлева держалась с той особой статью, что бывает у людей, познавших лишения, но не сломленных ими.

Тонкие черты лица, темные глаза, в которых порой вспыхивали насмешливые искры, и горделивая осанка, будто напоминали окружающим: "Я дочь помещика, пусть даже дом наш обеднел".

Маша все чаще ощущала, как стены дядюшкиного дома давят на нее. Случайно брошенные намеки на ее положение бесприданницы унижали и сковывали ее, словно цепи. Ей хотелось другой жизни... Свободной, яркой и обеспеченной. Где она будет сама себе хозяйкой.

Однажды в апреле 1835 года за обедом, тетя Марии, с привычной ноткой снисходительности заметила:

— Говорят, к нам в канцелярию губернатора определен новый чиновник. Молодой человек, но с историей. Некий Огарев. Сослан за вольнодумство,
представляешь?

Мария заинтересованно подняла взгляд от тарелки, но промолчала.

— Да-да, — подхватил Панчулидзев, откидываясь на спинку кресла. — Николай Платонович Огарев. По приговору от 31 марта отправлен к нам в Пензенскую губернию. Будет служить в моей канцелярии. Говорят, писал какие‑то стихи, спорил с начальством… В общем, мечтатель. Кстати, богатый мечтатель. За ним восемь тысяч крепостных душ.

Маша опустила взгляд, но в душе что-то дрогнуло. "Вольнодумство", "стихи", "споры с начальством" — эти слова ее заинтересовали. Ей очень захотелось познакомиться с Огаревым.





Вскоре Маше предоставился случай пообщаться с Николаем Огаревым. Она приложила все усилия, чтобы заинтересовать смелого поэта. Он, покоренный восемнадцатилетней красавицей восторженно писал ей:

Меня не могла привлечь женщина, лишенная развитого ума, не носящая в себе любви к прекрасному и великому, чья любовь не возвышается до истинной любви, но есть лишь инстинкт, лишь предчувствие чего-то лучшего, чем она сама.

Огарева совершенно не смущало, что Маша бесприданница. Он сделал ей предложение, и в 1838 году их обвенчали. Казалось бы, должна начаться счастливая семейная жизнь, но нет...

С Огарева сняли наказание за вольнодумство, и он с женой перебрался в столицу. К тому моменту скончался его отец и он оказался наследником огромнейшего состояния.



Родители Николая Огарева. Платон Богданович и Елизавета Ивановна Огаревы. Неизвестный художник

Прошло совсем немного времени и отношение Маши к Николаю изменилось. Выйдя замуж, она будто расправила крылья. Теперь, став женой богатого человека, она хотела оказаться в центре внимания. Молодая женщина принимала все приглашения на балы и получала колоссальное удовольствие, блистая там.

Огарев недоуменно наблюдал за преображением любимой женщины. Ранее она казалась ему весьма серьезной особой, которую не интересуют легкомысленные увеселения. К своему разочарованию он понял, что жену не волнуют его идеалы и мечты о всеобщей свободе и равенстве. Когда Огарев пытался поговорить с супругой на серьезные темы, она отмахивалась.

— Ник (так называли Огарева близкие), ну к чему эти вечные споры? Разве нельзя просто наслаждаться жизнью? Посмотри, как все прекрасно вокруг!

Он понял, что совершил сильную ошибку, женившись на Маше. Для него жизнь была борьбой за справедливость, а она грезила о вечном празднике. Они оказались совершенно разными людьми.

Между супругами началось отчуждение. Маша, считая мужа слишком занудным, увлеклась его другом — Иваном Павловичем Галаховым.

Когда Николаю "доброжелатели" раскрыли глаза на поведение жены, он решил написать ей письмо, где весьма благородно давал позволение на эту связь.

Из письма Огарева:

Истинная любовь не надевает оков, но только симпатизирует со всеми движениями любимой души. От этого я благословляю Галахова за все минуты душевной симпатии, которые ты с ним проводила...
Примечательно, что Галахов, ухлестывая за женой друга, не решался перейти запретную черту, из-за чего Маша недоумевала. Уже, когда ее интерес к Галахову остался позади, она написала ему:

Вы три года добивались моей любви; вы делали все, чтобы привлечь мое внимание и возбудить мое чувство к вам, и, когда вы наконец достигли цели, вы медлите в нерешительности. Вы добились моей любви, - почему же вы не взяли меня?...

Возможно, Галахову не хотелось вступать в неприличную связь. Он хотел, чтобы все было честно, и Мария оформила развод с Огаревым. Но до развода дело не дошло.

Мария остыла и переключила свое внимание на другого мужчину, художника Сократа Воробьева. Она познакомилась с ним на модном итальянском курорте и решила, что он ее судьба.

Огарев терпеливо ожидал возвращения жены. Он прекрасно понимал, что им пренебрегают. Ему было неприятно, но он был поразительно терпелив и все прощал.

Из письма Николая жене:

Ты пренебрегла моими друзьями, мне антипатичны те, которых ты любишь. А все же ты иногда стремишься ко мне и требуешь меня - иначе тебе горько. Зови, Маша, когда хочешь, я твой. Нужен - явлюсь. Надо тебя успокоить - успокою с любовью, как умею, но всегда с любовью. Не нужен - стремись, куда влечет тебя желание. Издали буду смотреть на тебя и прибегу, как скоро ты закричишь: нужен!

Маша, отлично уяснившая, что может вить веревки из мужа, желала лишь одного, чтобы он не забывал присылать ей приличное содержание.

Друзья Огарева, наблюдая за происходящим, недоумевали.

Лучший друг Николая, Герцен, писал в своем дневнике:

На днях получил прекрасное письмо от Огарева; несмотря на все странности, на все слабые стороны его характера, я решительно не знаю человека, который бы так поэтически, так глубоко и верно отзывался на все человеческое. Я совершенно примирился с ним, а то были минуты, в которые я негодовал, и очень. Женщина эта мучит его, преследует и не выпускает из рук добычи. Он ее не любит, и между тем не может отвязаться от нее - психологическая задача.
Ситуация достигла абсурда, когда Маша забеременела от Воробьева и написала мужу, что планирует временно приехать к нему, так как по закону они муж и жена, а значит, ребенка нужно родить рядом с ним. Огарев безропотно согласился.

Роды Марии завершились плачевно. Ее младенец оказался нежизнеспособен.

"Без глаз и мозга": писал Огарев Герцену.

Пока Мария, обессиленная, лежала в полузабытьи, Николай сидя у ее постели, оказывал ей поддержку.

Когда Огарева оправилась от слабости и переживаний, она тут же решила покинуть мужа.

— Мне нужно сменить обстановку, — объявила она однажды за завтраком. — Врачи говорят, для быстрой поправки здоровья мне необходим теплый климат. Я поеду в Италию.

Огарев не стал возражать. Он понимал, что удержать ее не в силах, да и нужно ли?

Отъезд Марии в Италию стал окончательной точкой в отношениях супругов.

Огарев продолжал спонсировать свою испорченную жену. Он полностью освободился от чувств к ней, но считал себя обязанным хорошо обеспечивать ее. Увы, Маша оказалась совершенно неблагодарной.

Когда Огарев влюбился и захотел развестись, Мария отказала ему. Он, находясь в расстройстве, решил прекратить выплаты, и тут жена показала себя во всей красе...

Еще до обострения конфликта Огарева потребовала от мужа гарантий на случай его внезапной кончины и возможных имущественных споров с другими наследниками. Стороны оформили соглашение своеобразным способом: юридически выглядело так, будто Огарев взял у жены взаймы пятьдесят тысяч рублей.

По условиям сделки деньги оставались в распоряжении Огарева, а Мария, пока он был жив, не претендовала на основную сумму. При этом ежегодно она получала 6 % с этого капитала, то есть три тысячи рублей в год. Огарев выполнял это обязательство даже после фактического расставания с женой.

Когда Огарев решил развестись и, получив отказ, прекратил выплаты, Мария предприняла ответные действия. В 1849 году она предъявила мужу иск на пятьдесят тысяч рублей, ту самую сумму, фигурировавшую в договоре займа.

Инициатива была не вполне самостоятельной... Совет подать в суд дала лучшая подруга Марии, Авдотья Панаева, которая затем и стала вести дело от ее лица.

Суд вынес решение в пользу Огаревой. Вот только у Николая таких денег не было. За годы правления отцовскими имениями, он оказался на грани разорения. Ему пришлось соглашаться на мировое соглашение, подарив жене свое имение и выписав векселя на двадцать пять тысяч рублей.



Воспользоваться в полной мере деньгами мужа Мария не смогла. В 1853 году ее жизнь внезапно оборвалась. К тому моменту ей пришлось пережить разные удары судьбы. Воробьев порвал с ней. Она искала утешения в выпивке и постепенно спивалась. Авдотья Панаева, близкая подруга, решила придержать большую часть полученных у Огарева денег у себя. Ее предательство окончательно подкосило Огареву.

Ослабленная душевными терзаниями, пьянством и чувством глубокого одиночества, Мария начала быстро терять здоровье. Измученный организм не смог противостоять чахотке и болезнь развивалась стремительно.

Огареву похоронили на одном из парижских кладбищ. Николай, узнав о том, что ее не стало, испытал лишь облегчение. Он поспешил обвенчаться с Натальей Тучковой, той самой девушкой, ради которой он просил развод.

«Нeкpacивых любить нeвoзмoжнo»

 


«Нeкpacивых любить нeвoзмoжнo»

Пару дней назад об этом написали под одной из моих статей. Речь шла об английском короле его супруге, Камилле. Дескать, между ними ничего по-настоящему быть не может, потому что Камилла… некрасивая. Вывод довольно странный, учитывая, сколько лет эта пара вместе и сколько всего она прошла за долгие и долгие годы. Тем более, что на фотографиях молодой Камиллы мы видим задорную и симпатичную – да, не эталонную! — молодую леди. Но разве всегда любят за красоту?

Любовь Дмитриевна Менделеева, по словам одной очень саркастичной современницы, была похожа на бегемота, который встал на задние лапы (или ноги? Я не сильна здесь в биологии). Однако ж это не мешало влюблённому в нее Александру Блоку сдувать с нее пылинки, смотреть на нее с обожанием и провозглашать ее Прекрасной Дамой. Почему? Потому что «он художник, он так видит». Блок не только превозносил свою Даму, но и прощал ей все. Рожденного ею ребенка называл своим и был готов воспитывать… Но не сложилось.

Я гляжу ей вслед

Ничего в ней нет,

А я все гляжу,

Глаз не отвожу…

Рост Матильды Кшесинской был 153 сантиметра, и в анамнезе – короткие ноги. Помешало это ей вскружить голову нескольким великим князьям и одному императору? Нет. Они видели ее красивой. Она поражала их воображение. Чем? Наверное тем, что Матильда умела нравиться, умела подать себя, была эффектной и энергичной. О, это подчеркивали все, кто ее знал: настоящая женщина-буря! Она обладала взрывным темпераментом и буквально кипела. Вулкан страстей…


Давайте будем честны: помимо лица и хорошей фигуры у человека есть голова на плечах. Есть ум, воображение, чувство юмора и нечто неосязаемое, что сейчас модно называть «манкостью». Любимые женщины многих великих мужчин обладали этим качеством. Например, Гала!

Она сделала из нищего испанского художника самого модного мастера на свете. Она стала его великолепной Маргаритой и сумела добиться его процветания. Была ли она красива, Елена Ивановна Дьяконова? И это очень спорный вопрос. Она была худощавой, любила наряжаться, но классической красоты мы в ее чертах не найдем. И при этом Дали безумно ее любил!


Была ли настолько невероятно хороша супруга Наполеона Бонапарта, Жозефина де Богарне? Да, ее назвали «прекрасной креолкой» (впрочем, это прозвище носила не только она), Жозефина очаровывала современников, но при этом стыдилась своих некрасивых зубов. Она не дает намека на улыбку ни на одном портрете, потому что понимала, что это ее заметный минус. И при этом Наполеон сделал ее императрицей, хотя к тому времени было понятно – Жозефина вступила в возраст, когда не сможет родить. А Бонапарту требовался наследник.

Красота не только в наборе черт, в овале лица или в пышности волос. Иногда под статьями, в которых я описываю красавиц прошлого (и привожу их портреты) меня со смешком спрашивают: «И это разве красавица? Ну и странные были вкусы!».


Дело не только во вкусах. Понимаете, они, конечно, менялись от эпохи к эпохе, от государства к государству. Китайцы млели от крошечных ступней 7 сантиметров длиной и называли их «золотыми лотосами». Ради этой красоты девушки много страдали и потом всю жизнь были вынуждены ходить «качающейся» походкой, поскольку попробуй удержись на таких ножках! На улицах, между домами, ставили перила. Как раз для таких девушек на маленьких ступнях.

В позднем средневековье было модно выбривать волосы надо лбом, чтобы он казался большим, выпуклым. Получалась такая странной формы голова, но это было модно! А мода на беременность? Молодые женщины подкладывали под платья спереди подушечки, чтобы казаться «всегда в положении», поскольку фаворитка герцога Бургундского делала именно так и делала. А бургундский двор задавал тон всем.

Была ли красива Маргарита де Валуа? По версии современников – да, весьма. А портреты школы Клуэ доказывают нам обратное. Почему?


Мое личное мнение, что Клуэ и его соратники были женоненавистниками, потому что умудрялись испортить внешний вид буквально всех. Ни одна женщина на их полотнах не выглядит красивой. И все похожи одна на другую. По какой причине? Такова была манера письма именно Клуэ и его учеников. Минимум портретного сходства, главное, чтобы соблюдались те пропорции и те каноны, которые были приняты.

Обратный пример: девушки с полотен Винтерхальтера. Яркие, красивые, сочные. Все ли они были такими? Если сравнить с их черно-белыми фотографиями, мы видим, что отличия есть. И солидные! Просто Франц Ксавье Винтерхальтер писал так, как он это делал. И заказчицы – к слову! – были в полном восторге. В очередь к нему выстраивались.

Да-да – принцессы и королевы, герцогини и княгини были готовы ждать месяцами, пока до них дойдет очередь. И платили много, сразу, потому что лучше Винтерхальтера их никто не мог изобразить. Его считали неподражаемым мастером. У него, действительно, много роскошных полотен. Но вот императрица Евгения (тоже, признанная в то время красавица!) не выглядит такой уж привлекательной у него. Почему? Ведь по Евгении сходили с ума ее современники! А Наполеон Третий сразу женился, едва она поставила ему это условие. Неудачный ракурс? Модель не нравилась художнику? Трудно сказать.


К слову, у короля Людвига Баварского имелась целая галерея портретов красавиц, которых он коллекционировал по всей Европе. И вы увидите, если решите ознакомиться, женщин примерно одного типажа. Они нравились баварскому королю, тут нет объективности. Это его личный взгляд на прелести!

Была ли красива Натали Пушкина? Да, очень! Но Карл Брюллов, говорят, отказался писать ее портрет, потому что не впечатлила. А вот румяную пышную итальянского типа женщину Юлию Самойлову тот же Карл писал на множестве своих полотен. Такая женщина ему нравилась. Так что все, как видите, индивидуально.


Лиля Брик сводила с ума мужчин и раскрыла свою нехитрую формулу успеха: говорить человеку, что он особенный и позволять ему то, что запрещают дома. Где тут о красоте? Нет ее. Лиля просто выстраивала умную тактику, что позволяло ей чувствовать себя любимой и всегда оставаться в центре мужского внимания. Она была скорее психологом, чем красоткой.

Да, во все времена были эталонные девы. В пятнадцатом веке идеалом признали Симонетту Веспуччи, чьи чудесные золотые волосы надолго стали предметом подражания. Блондинки еще больше высветляли пряди, чтобы приблизиться к цвету волос Симонетты, брюнетки заказывали себе парики и носили их, даже в страшную жару.


А в семнадцатом веке, в Испании, превозносили супругу короля Филиппа Четвертого, Елизавету (Изабеллу) де Бурбон. У нее были темные, как вишни, глаза и белоснежная кожа. Чуть позже в Англии восхищались Барбарой Вильерс, фавориткой короля Карла Второго, чья утонченная красота позволила ей удачно выйти замуж, а потом надолго оставаться подле государя. Барбара родила Карлу пятерых детей и была осыпана милостями, титулами, замками, далее по списку.

Но если мы сейчас посмотрим на Барбару, найдем ли мы ее столь эффектной? И это ее подлинная красота, или манера письма Питера Лели?


Неужели мы все с вами окружены красавцами и красавицами? Конечно, нет. Вокруг нас обычные рядовые люди. Да, порой встречаются очень эффектные среди них. Но ведь любовь – это не про красоту. Это про то, как сердце бьется сильнее, как мысли идут в одном направлении. Можно влюбиться в изумительное лицо, но разочароваться в характере человека.

Любовь – намного сложнее, намного выше, чем просто восхищение чьими-то внешними данными. Поэтому никогда не соглашусь, что «невозможно любить некрасивых». Во-первых, у каждого свое понятие о красоте, во-вторых, вы попробуйте пообщаться с человеком. Возможно, его харизма и ум так поразят ваше воображение, что вы забудете обо всем.

За любовь!
Подписаться на: Сообщения (Atom)