Иннокентий Смоктуновский: «Одного только не было в моей жизни – легкости и беззаботности»

10:06 AR Ka 0 Comments

 


Иннокентий Смоктуновский: «Одного только не было в моей жизни – легкости и беззаботности»

Иннокентий Михайлович Смоктуновский – без лишней скромности, один из величайших актеров XX века. На его счету бесчисленное множество ролей в театре и в любимых несколькими поколениями зрителей фильмах, его Гамлет до сих пор считается одним из лучших за всю историю постановки этой пьесы Шекспира, а о его интерпретации князя Мышкина пишут чуть ли не научные работы. Однако творческий путь Смоктуновского был весьма тернист. Зная его биографию, кажется удивительным тот факт, что он, несмотря ни на что, все же стал актером…

О «пятой графе»

Кеша Смоктунович (слева) с братом Володей и тетей Надеждой Петровной Чернышенко, 1930 /Фото onlyinfo.ru

Настоящая его фамилия Иннокентия Смоктуновского – Смоктунович. О его национальности ходит множество слухов, однако сам Иннокентий Михайлович при жизни всегда над ними смеялся – «Как будто это имеет значение». По одной версии, Иннокентий Смоктуновский был правнуком польского еврея из древнего рода волынских шляхтичей, которого сослали в Сибирь за участие в польском восстании 1863 года. Есть свидетели, якобы знавшие, что Иннокентий Михайлович до 1964 года (до избрания Леонида Брежнева) указывал в анкетах в графе национальность «поляк», а уже с 1965 «стал» белорусом.

Однако в одном из интервью сам актер рассказывал, что его прадед был совершенно обычным крестьянином, белорусом по происхождению:

«Он служил егерем в Беловежской пуще и в 1861 году убил зубра, заповедного для тех мест зверя. Кто-то настучал, и его сослали в Сибирь – вместе со всей семьей».

Родился Иннокентий Михайлович 28 марта 1925 года в селе Татьяновка Томской области, он стал вторым ребенком в семье. Когда Кеше было четыре года, Смоктуновичи переехали в Красноярск (был самый разгар коллективизации), и именно там их застал голод 1932 года. Старших братьев, Владимира и Иннокентия, родители отправили «на вольные хлеба» — если не выпросят что-нибудь поесть, то хоть утянут или найдут. В это время за их воспитание и содержание взялась сестра отца, Надежда Петровна Чернышенко, у которой не было собственных детей. По некоторым сведениям, именно тогда, от голода и от постоянных «тюканий» на улице, у Иннокентия начали сильно болеть глаза – впоследствии неизлечимая «горькая», как называл ее сам актер, болезнь глаз осталась с ним на всю жизнь.

Тяжелое детство и юность, в которых маму заменила тетя, отец держался как чужой и погиб на Великой Отечественной войне в 1942 году, сложные отношения со сверстниками и учителями в школе, которую он был вынужден прогуливать, чтобы помогать семье, — все это оказало сильное влияние на личность Иннокентия Смоктуновского, оставив свою «печать» одиночества и заставив держаться от людей на некотором отдалении, тщательно выбирая свой круг общения. Друзья Смоктуновского часто вспоминали, что те, кто плохо знал актера, имели совершенно неправильное представление о нем, якобы он тихий, незаметный, нелюдимый. Все было совершенно не так – но до дружеских отношений он допускал далеко не всех.

Первое знакомство с театром

Иннокентий Смоктуновский в молодости /Фото onlyinfo.ru

Первое знакомство Иннокентия Смоктуновского с театром случилось в шестом классе – в школе он ради любопытства записался в драмкружок, руководил которым некто Синицын. Однако лоботряса Кешу выгнали из рядов «творческой братии» после первого же публичного спектакля – роль Ломова в пьесе А.П. Чехова «Предложение» не удалась.

Впрочем, театр увлек мальчика, и в 1939 году, когда ему было 14 лет, он пробрался в Красноярский драматический театр им. А. С. Пушкина. Вот как сам Иннокентий Михайлович вспоминал об этом:

«Сейчас уже я понимаю, что это было просто дурно по вкусу, но тогда вышел потрясенный… Должно быть, я был очень добрым зрителем или во мне уже тогда заговорило нутро: попал домой».

Фото onlyinfo.ru

Однако тогда Иннокентий Смоктуновский даже и думать о том, чтобы учиться на актера, не мог. В 1941 году отец ушел на фронт и вскоре пропал без вести. Будущий актер, понимая, что и его вот-вот призовут в армию, поступил в фельдшерско-акушерское училище, но, ожидая мобилизации, успел также закончить курсы киномехаников и поработать в красноярской воинской части и госпитале при ней. Вместе с тем он успевал «служить» статистом в том самом Красноярском драматическом театре. По его словам, он буквально жить не мог без «особого театрального воздуха» — его так увлекла эта стихия, что он даже научился подделывать театральные билеты («благо, что билетерши были подслеповаты»), ведь денег, чтобы ходить на пьесы каждый день, у его семьи не было, но и жить без театра он уже не мог.

Великая Отечественная война и плен

Фото onlyinfo.ru

Призвали в армию Иннокентия Смоктуновского в феврале 1943 года и отправили сначала в киевское в военно-пехотное училище, откуда в срочном порядке, без присвоения звания, командировали на фронт – в 212-й мотострелковый полк 75-й гвардейской дивизии. Смоктуновский сразу попал на одно из самых страшных сражений Великой Отечественной войны – на Курскую дугу. Как вспоминал сам актер, то, что он не погиб в свои первые же дни на войне, было чудом:

«После того как нас отправили из Сибири на пополнение гвардейской дивизии, нас, только подошедших к фронту, жестоко разбомбили и расстреляли в упор с каких-то «фокке-вульфов». После той первой встречи с фашистами, видя некоторых своих товарищей уже мертвыми, я стал мучительно тосковать, потерял сон, при виде пищи меня рвало, выворачивало. Единственное, что я мог – это только пить. И это продолжалось долго, дней 8 – 9… У других началась эпилепсия, их колотило так, что я по сравнению с ними был просто спокойный, мудрый мальчик…»

В должности связного Иннокентий Смоктуновский участвовал в боях на Курской дуге, в форсировании Днепра, освобождал Киев. Известно, что Смоктуновский под плотным огнем противника вброд через Днепр несколько раз доставлял боевые донесения в штаб 75-й дивизии. За это он был награжден своей первой медалью – «За отвагу». (Ее он, впрочем, получил лишь спустя почти 50 лет – ее вручат ему на сцене Художественного театра после спектакля «Кабала святош»).

Фото onlyinfo.ru

В декабре 1943 года под Киевом младший сержант Иннокентий Смоктуновский попал в плен – случилось это на Днепровском плацдарме. Газеты советского времени повторяли друг за другом красивую историю, будто Смоктуновский был тяжело ранен и бежал, когда пленных вели по дорогам Хмельницкой области:

«Спрятался под мост, пережидая день, и вдруг увидел, как прямо на меня идет немецкий офицер, дежуривший на мосту. Но перед тем как глазами наткнуться на беглого пленника, он неожиданно поскользнулся и упал. А когда встал, то, отряхиваясь, прошел мимо и лишь потом снова стал смотреть по сторонам…»

Согласно этой версии, именно так Смоктуновский добрался до села Сухоженницы Изяславского района. Там его прямо на дороге подобрала некая добрая женщина, которая помогла обессиленному солдату дойти до своего дома, там спрятала в подвале и выходила. Оттуда Смоктуновский якобы уже сам чуть лине через линию фронта добрался до штаба ближайшего партизанского отряда.

Однако правда жизни, заверенная самим Иннокентием Смоктуновским, как водится, гораздо прозаичнее:

«К линии фронта я не шел – это миф, «ложь во спасение», еще совсем недавно неизбежная в публикациях на военную тему».

Правда была в том, что после попадания в плен Смоктуновский месяц провел в лагерях для военнопленных в Житомире, Шепетовке, Бердичеве, и действительно аккурат 7 января 1944 года бежал, совершенно случайно набредя на дом одной украинской семьи, члены которой сами позвали его к себе, несмотря на то, что в случае обнаружения в их доме беглого пленника их могли и расстрелять. Сам Иннокентий Смоктуновский называл своих спасителей «бесстрашными» — известно, что с этой семьей Смоктуновский поддерживал общение до конца своей жизни.

Раиса Беньяш, советский театровед и театральный критик, позже так писала об этой главе жизни актера:

«Может быть, именно здесь, где с риском для собственной жизни люди вернули жизнь обессилевшему солдату, впервые узнал Смоктуновский реальную цену человечности».

Эта же семья организовала Иннокентию Смоктуновскому встречу с заместителем командира партизанского отряда Каменец-Подольского соединения. Именно в этот отряд он вступил в феврале 1944 года. Уже в мае партизаны объединились с 318-м гвардейским стрелковым полком 102-й гвардейской стрелковой дивизии. В 1945 году гвардии младший сержант Смоктунович, в должности командира отделения роты автоматчиков, освобождал Варшаву.

Фото onlyinfo.ru

Согласно приказу о награждении, «в боях при прорыве обороны противника в районе деревни Лорцен 14 января 1945 года отделение И.М. Смоктуновича одним из первых ворвалось в траншеи противника и уничтожило при этом около 20 немцев». За этот подвиг Иннокентий Смоктуновский получил свою вторую медаль «За отвагу».

Войну Смоктуновский закончил в Гревесмюлене – на северо-западе Германии.

«Когда я был на фронте, рядом со мной падали и умирали люди, а я жив… Я ведь тогда еще не успел сыграть ни Мышкина, ни Гамлета, ни Чайковского – ничего! Судьба меня хранила».

Полярный «лагерный» круг

После войны Иннокентий Смоктунович долго не мог прийти в себя – сказывался стресс, который он пережил, проблемы со здоровьем, клеймо военнопленного (ему, как «неблагонадежному», запретили проживать в 39 городах СССР) и сложная ситуация в стране. Тогда он и не думал о том, чтобы попробовать себя в театре – он всерьез собирался поступать в лесотехнический институт, однако уже во время экзаменов вдруг передумал, решив, что «все завалит». Поддавшись «театральной страсти» и уговорам одного школьного товарища, Смоктуновский поступил в драматическую студию, организованную при том самом Красноярском драматическом театре им. А. С. Пушкина. Товарищ обещал ему, что они, став актерами, будут вести «легкую, вольную и беззаботную жизнь». Много лет спустя, уже будучи знаменитым актером, Смоктуновский вспоминал об этом так:

«Было в моей жизни много всякого: и плохого и прекрасного. Одного только не было и, наверное, никогда не будет – легкости и беззаботности».

Из студии его, однако, выгнали спустя полгода (позже актер писал, что он «не глотнул даже азбучных истин актерской профессии») – за то, что «противопоставил себя коллективу». Сейчас уже невозможно узнать истинную причину, однако, помня, что говорили об Иннокентии Смоктуновском друзья, это вполне в его духе – всегда и везде показывать собственное видение, не слушать чужого мнения, претендовать на «отдельное» существование.

Как раз в это время Иннокентию Смоктуновичу предложили переехать в Норильск – сам актер вспоминал о неком Дучмане, который возглавлял единственный в то время тамошний театр. Дучман не то что бы разглядел в Смоктуновиче талант, а просто дал ему шанс набраться опыта и проникнуться театром. «Неблагонадежному», «без кола и двора» парню, которого нигде не хотели видеть, больше ничего не оставалось, как отправиться за Полярный круг.

Сам Смоктуновский позже вспоминал, что он не просто уехал в Норильск – он сбежал туда, чтобы затеряться, запутать следы, исчезнуть, чтобы о нем забыли. Где еще, как не в «лагерном» Норильске, тогдашнем «городе заключенных», это было сделать легче всего? Норильск был фактически чуть ли не единственным местом в СССР, где не было советской власти и исполкомов – только Политуправление Норильлага с его генералами. Именно в Норильске, в разгар «борьбы с космополитизмом», будущий актер «по настоятельному требованию директора театра» сменил фамилию и начал биографию «с чистого листа».

Тогда за Полярным кругом, кроме Иннокентия Смоктуновского, жили еще как минимум восемь актерских семей. Среди них были Георгий Жженов, с которым у Смоктуновского установились хорошие дружеские отношения (они вместе играли в 1946 – 1951 годах на сцене Норильского Заполярного театра драмы), княгиня Эда Юрьевна Урусова с мужем Александром Павловичем, актеры Константин Никаноров, Всеволод Лукьянов, Николай Рытьков. Причем среди всех них Иннокентий Михайлович был единственным «вольный». Сам актер много лет спустя грустно шутил, что, может быть, он был единственным во всем СССР человеком, который по доброй воле сбежал «за колючую проволоку», отправился «в те края, дальше которых не ссылали».

В то время Иннокентий Смоктуновский, наконец-то оказавшийся в своей стихии, очень много играл. По воспоминания друзей, выходил на сцену буквально каждый день, но никогда не показывал усталости – все это было ему «просто нужно, как нужно дышать постоянно». После cпектакля «Старые друзья», поставленном в 1947 году, о нем впервые написали в местной газете «За металл»:

«Получился спектакль одного дыхания, в котором при общем прекрасном ансамбле следует особо выделить исполнение роли Семена Горина артистом И. М. Смоктуновским…»

В 1947 – 1950 годах его «коронными» ролями были поручик Полевой в «Разломе», Иван Колосов в «Любови Яровой» и монах Яков в «Заговоре обреченных». О нем уже часто писали газеты, сохранились даже вырезки с фотографиями – можно сказать, что за Полярным кругом определенная слава у Иннокентия Смоктуновского появилась.

Однако совершенно неожиданно один из ведущих актеров Заполярного театра драмы увольняется и уезжает в Шахтстрой. Там он устраивается работать помощником начальника по АХЧ на станции – фактически дворником. Будущий всемирно известный Гамлет и князь Мышкин сидит в задымленной избе, кидает в огонь печки щепки и пьет напропалую. Вскоре, в середине 1951 года, Иннокентий Смоктуновский заболел цингой и потерял почти все зубы. Местный доктор сказал ему, чтобы он уезжал с севера – иначе совсем посадит здоровье.

В 1952 году Иннокентий Смоктуновский переехал в Махачкалу, где поступил в Русский драматический театр. Тогда ему несколько раз довелось сыграть Белогубова в «Доходном месте» и даже Хлестакова в «Ревизоре». Римма Маркова, случайно увидевшая Смоктуновского в Махачкале, вспоминала:

«Жаль, что позже Смоктуновский практически не играл комедийные роли, он мог делать это блистательно».

«Я не электрик, я артист»

Иннокентий Смоктуновский, Римма и Леонид Марковы, Махачкала, 1951 год/ Фото onlyinfo.ru

Римма Маркова осталась под таким впечатлением от случайно увиденной игры незнакомого актера, что спустя несколько дней все же зашла в махачкалинский Русский драматический театр и, познакомившись с Иннокентием Смоктуновским, рекомендовала ему попробовать свои силы в Москве. Он, пораздумав, решился, однако сделал небольшой крюк – в 1953 — 1954 годах он жил в Сталинграде и работал в Театре им. М. Горького, а уже после этого, в 1955 году, сел на поезд в Москву.

Как вспоминали друзья актера, покидая Сталинград, он сказал провожавшим:

«Если обо мне не услышите через пять лет, буду заниматься другим делом».

Пытаясь найти пристанище в московских театрах, как он сам потом вспоминал, «прошел все круги ада». В своих воспоминаниях он приводил такой диалог, который случился в Театре-студии Киноактера, в приемной директора:

-К директору? По какому вопросу? – спросила секретарша.

-По вопросу найма.

-Нам электрики не нужны!

-Я не электрик, я артист.

-Да? А артисты тем более!

Ведущий театральный критик того времени Анатолий Смелянский писал:

«Он был не нужен, и по справедливости:«ментальность» артиста была на редкость не подходящей для репертуара той поры. Ему некого было играть. Высокий, худой, с прозрачными голубыми глазами и светлыми, чуть вьющимися волосами, с каким-то завораживающе-странным голосом, которым он как бы не управлял, испуганной, осторожной «тюремной» пластикой… Артист с такими данными был безнадёжен для тех пьес, что определяли репертуар».

В конце концов, после прозябания на галерке Театра им. Ленинского комсомола и ролей в массовке «Мосфильма», Иннокентия Смоктуновского приняли в Театр-студию Киноактера, однако взяли с него честное слово, что он будет играть в театре, а не выпрашивать роли в кино. Потом Смоктуновский шутил, что обещание он выполнил: роли ему всегда предлагали, сам он их никогда не просил.

Счастливый случай с князем Мышкиным

В роли князя Мышкина /Фото onlyinfo.ru

В 1956 году Иннокентия Смоктуновского знакомые рекомендовали режиссеру Александру Иванову, который как раз собирался ставить фильм «Солдаты» по повести Виктора Некрасова «В окопах Сталинграда». К тому времени у Смоктуновского за плечами было бесчисленное множество «массовочных» московских ролей и пара небольших ролей в фильмах «Убийство на улице Данте» и «Как он лгал ее мужу». У Иванова Смоктуновский сыграл лейтенанта Фарбера. Впоследствии уже легендарный Георгий Товстоногов, который пригласил Смоктуновского на триумфальную для карьеры начинающего актера роль князя Мышкина, вспоминал:

«Я точно помнил, что видел этого актера в каком-то фильме и тогда уже понял: у него глаза князя Мышкина, он его может сыграть».

И все же круто изменившую его судьбу роль князя Мышкина в знаменитой постановке Большого драматического театра им. М. Горького Иннокентий Смоктуновский получил благодаря счастливому случаю. В 1957 году руководитель БДТ Георгий Товстоногов пригласил из Таллина режиссера В. Я. Ланге, чтобы тот поставил спектаклю по роману Ф.М. Достоевского «Идиот». Тогда на роль князя Мышкина был утвержден знаменитый советский актер Пантелеймон Крымов, однако он из «творческой вредности» взял и не пришел на первую репетицию. Товстоногов разругался с Ланге и с самим Крымовым: первый уехал обратно в Эстонию, второй был уволен «без права реабилитации». Постановка простаивала до тех пор, пока актер Евгений Лебедев не сказал Товстоногову, что у него есть телефон Иннокентия Смоктуновского, о котором сам руководитель БДТ упоминал, размышляя о претендентах на роль князя Мышкина. Буквально в течение недели Георгий Товстоногов организовал визит Смоктуновского в Ленинград, утвердил на роль князя Мышкина, подыскал жилье и сам взялся за постановку спектакля, которому суждено было попасть в «золотой фонд» советского и российского театра. С этого и начался тот Иннокентий Смоктуновский, которого знают все. Премьера состоялась 31 декабря 1957 года.

В роли Гамлета /Фото onlyinfo.ru

Однако большинство знает Иннокентия Смоктуновского по его великолепным ролям в кино. Всего он снялся более чем в 100 фильмах и телеспектаклях, однако как минимум шесть фильмов видели, наверное, абсолютно все советские и российские зрители: «Берегись автомобиля», «Шерлок Холмс и доктор Ватсон: Двадцатый век начинается», «Девять дней одного года», «Гамлет», «Преступление и наказание» и «Гардемарины, вперед!».

В фильме «Берегись автомобиля» Иннокентий Смоктуновский работал с Эльдаром Рязановым, в ленте «Девять дней одного года» — с легендой советского кино Михаилом Роммом, в «Преступлении и наказании» — с Львом Кулиджановым, в «Гамлете», приобретшим международную известность, — с Георгием Козинцевым. При этом интересно, что в Великобритании, на родине Уильяма Шекспира, Иннокентия Смоктуновского до сих пор называют одним из лучших Гамлетов в истории – как в театре, так и в кино.

Кадр из фильма «Берегись автомобиля» /Фото onlyinfo.ru

Любопытная история, к слову, связана с историей попадания Иннокентия Смоктуновского в фильм «Берегись автомобиля». Актер знал, что Эльдар Рязанов собирается позвать его на какую-то «подозрительную» роль в своем новом фильме, но не особо рвался на пробы. Рязанов сам приехал в Ленинград за своим Деточкиным, однако ему сообщили, что Иннокентий Смоктуновский болеет, сидит на даче и никого видеть не желает. Эльдар Рязанов, который и так уже проделал долгий путь, взял такси и поехал к Гамлету. Потом сам Смоктуновский вспоминал, то тогда лил сильный дождь, Рязанов впопыхах не уточнил адреса и просто приехал к воротам дачного поселка, где таксист его высадил. Режиссер битый час ходил по улицам, узнавая, где же живет Иннокентий Смоктуновский (конечно же, оказалось, что на другом конце поселка), и заявился на веранду к Принцу Датскому промокший практически насквозь.

Уговаривал Эльдар Рязанов Смоктуновского на роль в своем новом фильме очень долго, однако в итоге победил. Зная натуру Иннокентия Михайловича, Рязанов на всякий случай взял с него расписку, что тот согласен на роль Деточкина. Спустя полгода, когда Иннокентий Смоктуновский ходил по коридорам «Мосфильма» побритый налысо, коллеги в ужасе спрашивали у него: «Кто это вас так?», на что актер с хитрой улыбкой отвечал: «Эльдар Рязанов».

Главная женщина в жизни Иннокентия Смоктуновского

С супругой Суламифью /Фото onlyinfo.ru

Сплетники приписывали Иннокентию Смоктуновскому влюбчивую натуру и распускали слухи, что до женитьбы он ухаживал чуть ли не за каждой второй интересной барышней Москвы 60-х. Сам Смоктуновский никак это не комментировал (он вообще не любил распространяться о личной жизни и влюбленностях), однако о самом знакомстве в 1955 году со своей будущей женой, Суламифью (Саломеей) Кушнир-Хацкелевич, рассказывал очень поэтично:

«Как-то я встретил в «Ленкоме» девушку, увидел охапку удивительных тяжелых волос и не удержался: «Вас звать Суламифь, я не ошибся?». Она ответила: «Не ошиблись. Только что вы все играете? Устроили театр из жизни. Смотрите, это мстит». Именно этот хрупкий человечек подарит мне сына и дочь, станет частью моей жизни – меня самого. Она, художник по профессии и неистовый колорист по восприятию всего окружающего. Может быть, и на мне-то она остановилась как на одной из красок, которой не хватало в ее палитре жизни».

В 1957 году у них родился сын Филипп, впоследствии ставший переводчиком научно-фантастической литературы, в 1965 году на свет появилась дочь Мария, ставшая балериной.

Актер «Ленкома» Всеволод Ларионов так вспоминал о Суламифи Михайловне:

«Человек высокой организованности, и внутренней, и художнической, она его воспитала и стала на всю жизнь и женой, и матерью…»

Отчасти именно благодаря ее поддержке, Иннокентий Смоктуновский смог столь многого достичь в творческой карьере: она всегда была рядом, всегда его поддерживала и помогала, в каком-то смысле стала его «счастливым билетиком». Суламифь, которую сам Смоктуновский ласково называл «Соломка», к слову, устроила своему мужу судьбоносную встречу с режиссером Иваном Пырьевым, директором «Мосфильма», откуда актер и начал покорение «большого кинематографа».

С женой и дочкой Машей /Фото onlyinfo.ru

После 60-х годов карьера Иннокентия Смоктуновского круто пошла в гору, он стал известен на весь мир, его уважали и ценили и «в партии» (которую он всю жизнь недолюбливал), и в народе, ему ежедневно приходили мешки писем от поклонников со всего мира. Однако «слава» человека «не от мира сего», закрепившаяся то ли со времен князя Мышкина, то ли с Норильска, преследовала его всю жизнь. Лишь только близкие друзья знали, какой Иннокентий Смоктуновский «под маской чудака».

Ушел из жизни Иннокентий Смоктуновский 3 августа 1994 года. Началось все с микроинфаркта в феврале, которому 69-летний актер не придал большого значения – он продолжил работать, как раньше, и только близким говорил, что чувствует себя не очень хорошо. После съемок фильма «Вино из одуванчиков» Игоря Аласяна Иннокентию Смоктуновскому стало плохо, он договорился от отсрочке от озвучивания своей роли в фильме и лег в больницу, откуда его отправили в санаторий. Однако там случился второй инфаркт…

***

Иннокентий Смоктуновский стал первым российским актером, которого в последний путь провожали аплодисментами. Очень многих присутствовавших на похоронах это шокировало, однако очень точно о таком прощании впоследствии написала Н. Барабаш:

«В этот последний день у Иннокентия Михайловича все было как всегда».

У великих артистов все должно быть не так, как у всех.

Похоронен актер на Новодевичьем кладбище, на участке №10.

Фото onlyinfo.ru



0 коммент.: