Мать не могла дозвониться до дочери два дня. Дверь выломали соседи
.png)
Мать не могла дозвониться до дочери два дня. Дверь выломали соседи
Вечером 26 июня 2021 года женщина стояла у запертой двери в самарском общежитии на улице Новосадовой. Стучала. Звала дочь. В ответ — тишина.
Она приехала из Чапаевска. Сутки без связи с Алёной — для этой семьи было чем-то из ряда вон выходящим. Двадцатиоднолетняя девушка созванивалась с матерью по несколько раз на дню. Всегда. А тут — молчание.
Соседи не стали ждать спасателей. Замок поддался после нескольких ударов. Дверь открылась. И в коридор ударил запах. Тяжёлый. Тот самый.
Дальше порога никто не пошёл. На диване, под одеялом, лежала Алёна. Рядом — чёрные тканевые верёвки. На шее — следы, которые лучше не описывать.
Мать стояла в коридоре. И не могла понять: как? Почему?
Алёна родилась в 1999 году. Отца не было, но девочка этого, кажется, не замечала. Мать работала много. Бабушка с дедушкой души не чаяли.
Были проблемы со здоровьем. Инвалидность — шейные позвонки. И редкое генетическое заболевание: волосы почти не росли. Но комплексов у Алёны не появилось. Наоборот.
Соседи вспоминают: «Здравствуйте» от неё можно было услышать раз десять за день. Просто шла по улице — и здоровалась. Со всеми.
В классе она была единственной девочкой. Шесть мальчишек и она. Мать потом скажет: «Она вообще не умела наживать врагов».
С учёбой — средне. А вот руки — золотые. Вязала. Говорила: лучший подарок — тот, что сделан своими руками.
После девятого класса — Новокуйбышевск, дизайнерское отделение. Но ближе к выпуску поняла: дизайн — не её. Пошла учиться на парикмахера.
Ирония? У неё самой с детства были проблемы с волосами. А дело, в котором она себя нашла, оказалось именно работой с ними.
В 2020-м — переезд в Самару. Парикмахерская. Смены по двенадцать часов. Зарплата тридцать тысяч. Мало, но Алёна была счастлива.
Комнату сняла в том самом общежитии. С котом Симбой. Мать помогала с арендой. У Алёны была цель: встать на ноги и забрать маму к себе.
Ей был двадцать один. Жизнь только начиналась.
Не хватало одного. Отношений. У Алёны их никогда не было. Одиночество начинало тяготить.
В конце мая 2021 года она зарегистрировалась на сайте знакомств «Друг Вокруг». Там и познакомилась с Евгением Мишустиным.
Двадцать пять лет. Приехал из Волчанки. Работал менеджером в строительном магазине.
Соседка Ольга потом расскажет: «Она зашла на кухню и с порога: „А я влюбилась!“»
Но были странности. Свидания проходили в комнате. Всегда. Алёна готовила ужин. Евгений садился перед телевизором и включал мультики. Поест, посмотрит — и уезжает.
Потом — звонок. Какая-то девушка. Алёна ответила первой. Короткого разговора хватило, чтобы всё понять. Она плакала на кухне. Евгений оправдался. Алёна решила продолжить.
И тут характер встреч изменился. Теперь он оставался на ночь. Для Алёны это выглядело как долгожданный шаг навстречу.
Вечером 24 июня 2021 года Евгений снова приехал. Остался.
Утром 25 июня Алёна позвонила матери. Обычный разговор: собираюсь приехать, скоро буду. Татьяна ещё не знала, что слышит голос дочери в последний раз.
После обеда телефон Алёны перестал отвечать. Весь день — тишина. Следующее утро — тоже.
Татьяна попросила подругу дочери съездить в общежитие. Та постояла под дверью, позвонила — ничего. Решила: Алёны просто нет дома.
Но она не приехала к родным. И трубку не брала уже больше суток. Татьяна выехала в Самару.
К вечеру 26 июня она стояла перед той самой дверью. Стучала. Звала. Тишина.
Хозяйка сказала: запасного ключа нет. Алёна потеряла свой комплект, забрала хозяйский — сделать дубликат. Вернуть не успела.
Тогда вспомнили про ресторан на первом этаже. Козырёк заведения — почти вплотную ко второму этажу. Если забраться, можно заглянуть в окно.
Охранник поднялся. Подошёл к стеклу. Увидел Алёну на диване. Она не двигалась. Рядом — что-то тёмное. Он спустился и рассказал. Вызвали полицию и МЧС.
Ждать спасателей не стали. Связались с хозяйкой, получили разрешение ломать замок. После нескольких ударов дверь распахнулась. Запах. Тот самый.
Татьяна увидела дочь. И обомлела.
Для следствия загадки не было. Соседи в один голос говорили об одном человеке. Молодой мужчина. Приходил регулярно. В ночь перед случившимся остался.
Из комнаты пропали телефон, паспорт, ключи и банковские карты.
Потом пришла информация из банка. После смерти Алёны с её счёта перевели 54 550 рублей. Всё до копейки. Получатель — Евгений Мишустин.
Двадцать седьмого июня оперативники приехали в строительный магазин. Задержали на рабочем месте. Мишустин отпираться не стал. Почти сразу признался.
И его показания объяснили главную странность: почему никто не слышал криков? В общежитии звукоизоляции практически не было. Соседи слышали, как Алёна разговаривает по телефону. Как гремит посудой. Как смеётся.
Убить человека в такой комнате и не привлечь внимания всего этажа? Казалось невозможным.
Но объяснение было в способе нападения. В ту ночь Евгений принёс с собой чёрную тканевую верёвку. Предложил интимную игру. Для Алёны это выглядело как долгожданное продолжение отношений. До этого он избегал близости. А теперь сам проявил инициативу.
Она не почувствовала опасности. Позволила связать себя добровольно. Пока Алёна считала происходящее странной игрой, причин кричать не было. А когда он достал канцелярский нож — сопротивляться было уже поздно.
Судмедэксперты установят: смерть от тяжёлых повреждений шеи и обильной кровопотери.
После случившегося Евгений не пытался бежать. Сел напротив дивана. Закурил. Молча смотрел.
Потом накрыл тело одеялом. Принялся обчищать комнату. Забрал деньги и личные вещи. Перед выходом запер дверь ключами Алёны.
Из общежития отправился в магазин. Собрал заказ для младшей сестры. Вернулся. Снова поднялся к комнате. Сам утверждал — пришёл ради Симбы. Покормил кота. Ушёл окончательно.
Кот всё это время был в комнате. По сути — единственный свидетель. Соседи не заметили ни ухода, ни возвращения. За последний месяц привыкли к нему.
На улице Евгений зашёл в банковское приложение на украденном телефоне. Перевёл себе все сбережения Алёны. Но у него эти деньги не задержались. Почти всю сумму он тут же скинул другой девушке.
Ирине Войновой. Той самой незнакомке, из-за звонка которой Алёна когда-то плакала на кухне.
Интуиция её не подвела. Но правда оказалась страшнее обычной измены.
С Ириной Мишустин общался ещё с декабря 2020 года. Незадолго до трагедии она рассказала о серьёзных проблемах со здоровьем. На лекарства срочно требовалось сорок тысяч. Евгений пообещал помочь. Нашёл. За счёт накоплений убитой девушки.
Когда Ирина спросила, откуда деньги, он спокойно ответил: продал часть имущества, недостающее взял в микрозаймах. Правду она узнала от полицейских.
На первых допросах Мишустин говорил одно и то же. Решил убить и ограбить Алёну, чтобы достать деньги на лечение Ирины. Банковские выписки подтверждали слова.
Казалось, всё установлено. Но потом Мишустин полностью отказался от первоначального объяснения.
К лету 2022 года материалы передали в Самарский областной суд.
На первом заседании Евгений попросил разрешение обратиться к матери. Сказал, что искренне сожалеет.
Татьяна ответила: никто не давал ему права распоряжаться жизнью её дочери. Никакие извинения не вернут Алёну.
С обвинением он согласен лишь частично. Сам факт убийства не отрицал. Но теперь утверждал: заранее подготовленного ограбления не было. Решение убить возникло внезапно. А мысль о деньгах появилась только после того, как он покинул общежитие.
Разница может показаться незначительной. Но с точки зрения закона это два совершенно разных обвинения.
Правда, эта версия не объясняла: зачем Евгений заранее принёс верёвку? Почему перевёл Ирине именно ту сумму, которую обещал найти на лечение?
Но вместо разрешения этих противоречий Мишустин предложил суду совершенно другой мотив.
В октябре 2022 года подсудимый заявил: убить Алёну ему приказал голос в голове.
По его словам, этого собеседника он слышал ещё со школьных лет. Называл воображаемым другом. Мог встречаться с ним во сне. Именно этот голос убедил Мишустина: Алёна якобы была непорядочной девушкой. Основанием стало её согласие на близость вскоре после знакомства. Воображаемый друг будто бы объявил: она недостойна жить. Евгений лишь выполнял приказ.
В этой версии деньги вообще переставали быть причиной.
Гособвинитель задал закономерный вопрос: зачем во время следствия Евгений подробно рассказывал о болезни Ирины? Зачем признавался, что именно ради неё решился на ограбление?
Ответ оказался не менее странным. Он заявил, что намеренно придумал мотив, чтобы проверить работу правоохранительной системы. Цитата: «Я дал следователям мотив, чтобы посмотреть, как работает система».
Первое признание — эксперимент. Второе объяснение — воображаемый друг. Банковский перевод Ирине — простое совпадение.
Всё это вывело процесс к вопросу о психическом состоянии. Защита сообщала: после ареста Мишустин несколько раз наносил себе увечья. Адвокат просил отправить подсудимого на повторное обследование.
Сам Евгений объяснял порезы иначе. Утверждал: не собирался сводить счёты с жизнью. Проводил особый ритуал. Писал священные тексты. Сжигал. Сделать это якобы приказал всё тот же голос.
Проблема: во время первоначального обследования Мишустин ни разу не упомянул ни о голосе, ни о воображаемом друге. Специалисты не обнаружили психического расстройства. Признали полностью вменяемым. Внезапно появившийся голос — не симптом болезни, а симуляция.
Двадцать третьего декабря 2022 года Евгения Мишустина признали виновным по всем пунктам. Девятнадцать лет лишения свободы. Колония строгого режима.
Юридически — точка поставлена. Для семьи — нет.
Алёну хоронили в белом свадебном платье. О котором она так мечтала.
Проститься пришёл, казалось, весь родной посёлок. Особенно тяжело гибель внучки переживал дедушка. Тот, который растил её с самого детства. Мужчина не смог пережить потерю. Меньше чем через год его не стало.
Татьяна позже признавалась: так и не смогла удалить номер дочери из контактов. Иногда открывает журнал вызовов. Просто смотрит на её имя.
Она знает, что произошло в той комнате. Дождалась приговора. Но какая-то часть её души всё равно ждёт. Ждёт обычного утреннего звонка. Будто вот-вот телефон зазвонит. И Алёна скажет, что скоро приедет домой.
0 коммент.: